— Эй, Алик, вы куда? — кричит вслед Женёк

— Шш-ш-ш, что орёшь? — перебивает его понятливая Юлька, — без тебя разберутся.

Наш небольшой лагерь стоит на полянке, окружённой лесом. С двух сторон это светлый березняк, который просматривается насквозь. С третьей — поросшая густым кустарником сосновая роща. Среди деревьев вьётся тропинка. К ней мы и подходим

— Как ты думаешь, малина уже пошла? — Надя поглядывает на меня.

Мы останавливаемся у кромки леса.

— Нужно посмотреть, — отвечаю.

Моя блондинка лукаво прикусывает губку. Это как пароль и отзыв.

Что за глупые разговоры про малину, думаю невпопад. Она же колючая как сволочь. Неужели умней повода придумать нельзя? Малина…

После залитой солнцем поляны в лесу прохладно и сумрачно. Редкие солнечные лучи пронзают кроны и застывают, словно что-то материальное. Как будто их можно пощупать. В их плотном свете вьётся мошкара.

Музыка за спиной звучит глухо и неразборчиво. С каждым шагом она становится тише.

Мы идём среди деревьев. Светлая макушка Нади с задорной короткой стрижкой мелькает впереди. Время от времени она оборачивается, словно проверяя, на месте ли я. Не заблудился ли, или не испарился самым неожиданным образом.

— Смотри, земляника! — Надя бросается вперёд и садится на корточки.

Между деревьями всё заросло плотным ковром зелёных листьев. Среди них мелькают красные бусины. Вряд ли их здесь часто собирают.

— Какая крупная, — восхищается девушка, — и как много её! Иди сюда, открывай рот!

Присаживаюсь рядом с ней. Ягоды пахнут свежестью и хвоей. Я успеваю поцеловать Надины пальцы. Она хихикает смущённо. Потом срывает травинку и принимается нанизывать на неё земляничины сладким шашлычком.

Моё взрослое и циничное сознание боится всё испортить случайным словом или действием. Не хочу оказаться слоном в хрупкой посудной лавке юношеских чувств.

Среди листвы пробирается деловитая пятнистая козявка. Подхватываю её пальцем.

— Божая коровка… полети на небо… там твои детки… кушают котлетки!

— Конфетки! — смеётся Надя.

— Тоже мне, мать! — возмущаюсь я, — детей одними конфетами кормить, котлетки пусть кушают!

— Тебе бы только есть! — девушка хохочет. — Сразу про котлеты! Бедная твоя жена будущая, не прокормит тебя.

Вот и что они сразу на женитьбу переходят? Сначала Лида, теперь эта ещё… Карма у Алика такая, что ли…

Жучок доползает до подушечки пальца и расправляет тонкие крылья. Надя заворожённо следит за ним. Целую её в полуоткрытые губы. Они пахнут земляникой. Мои, наверное, тоже.

Её руки, сначала несмело, а потом всё уверенней гладят меня по плечам, пальцами зарываются в волосы. Она ведёт себя с милой решительностью опытной соблазнительницы. Городской "штучки" которая станет самым ярким событием в жизни сельского паренька.