— Может, тогда всё-таки мне пойти с ним на личный контакт?

— Рано тебе. Учись, вживайся во временнУю действительность, добивайся безукоризненной легализации, обзаводись связями. Лучше, вон, восстанови контакты с Судоплатовым.

А для восстановления контактов надо «побаловать» его очередными главами ворованной книжки. Чем я и занимался, задержавшись в двадцать первом веке: планшет я не рискнул брать с собой к дяде Павлу в дом, потому и пришлось переписывать от руки в своей бывшей квартире. УписАлся за эти дни до тошнотиков. Зато сходил в гости к Марине, порадовал и себя, и её: судя по поведению девушки в постели, «на личном фронте» у неё по-прежнему без изменений.

— Надолго снова исчезаешь? — спросила она меня на прощание.

— Не знаю. Не всё от меня зависит: учёба у меня очень напряжённая, и когда снова пошлют в город, понятия не имею. Так что, если кто-нибудь у тебя появится, я пойму и не обижусь: сложно ждать человека, не принадлежащего себе.

Но надо всё-таки завязывать с ней: ни к чему приучать женщину к себе и давать ей несбыточную надежду.

Кандидатки на роль новой любовницы? Черникова уже отпала. Она с головой окунулась в новую жизнь, чем дышит, я теперь даже не знаю. Одногруппницы и однокурсницы? Может быть, зная из «прошлой жизни», как будут развиваться отношения с некоторыми из них, но ещё рано: все друг к другу пока только присматриваются, хоть успели перезнакомиться и завязать какие-то связи на «картошке». Опять же, обжегшись на Муртазаевой, очень не хочется «менять историю». Хотя… немного придётся её поправить, но чуть позже.

Визит к родителям на выходные — продолжение «обживания» дома. В частности — оборудование гаража и кухни: ещё на завершающем этапе работы на заводе папа заготовил кучу «дров» по моему рисунку для сборки «кухонного гарнитура» во всю стену. И не только для ящиков, но и для навесных шкафов. Получилось «дорого-богато» по меркам двадцать первого века, где это называется «мебель из деревянного массива». Только огромная столешница — из фанеры-десятки, положенной ради жёсткости на доски. И затянутой сверху синей самоклеющейся плёнкой из будущего. Ох, и помаялись же мы с ней, добиваясь, чтобы она легла на фанеру без складок! Зато получилось красиво: «прокрашенные» раствором марганцовки стенки и дверки тумб и шкафчиков, ярко-синяя столешница. Со временем, конечно, плёнка покроется порезами, но там что-нибудь ещё придумаем. Может быть, тоже покроем «морилкой» из марганцовки. Поживём — увидим.

Мама откровенно балдеет от такого богатства, хоть и «хлопает крыльями».