Намёк понял.
— Сейчас, кофе принесу и услышишь. Только подскажи, в каких пропорциях тебе его готовить.
Всем нашим встречам разлуки, увы, суждены…
— Действительно, умеешь, а не ради понтов купил. Ну, ладно, Карасёв, рассказывай, чего ты от меня хотел. Чего ты так удивлённо смотришь? Если так настойчиво звал в гости, то, значит, явно из-за чего-то, что хотел решить.
Её логичность и прямолинейность — вот то, что «украшало» наши с ней взаимоотношения даже там, в начале двадцать первого века.
— Откровенно?
— Очень хотелось бы, чтобы это было именно откровенно.
— Тогда я снова спою.
…Украду, если кража тебе по душе:
Зря ли я столько сил разбазарил?
Соглашайся хотя бы на рай в шалаше,
Если терем с дворцом кто-то занял.
60
Просыпается девушка в постели у парня, внимательно осматривается и произносит:
— Да-а-а! Квартира у тебя тоже маленькая…
Нет, это просто анекдот, не имеющий ничего общего с тем, что происходило во время визита ко мне Ани Смегельской. Не было у неё ни пробуждения в моей постели, ни тех слов.
Было долгое молчание после того, как затихли струны гитары.
— Как ты себе это представляешь? Мне-то хоть в начале марта уже исполнилось восемнадцать (между прочим, ты меня с днём рождения так и не поздравил), а тебе ещё четыре месяца до этого.
— Всегда говорил, что хуже нет, если чего-то не знаешь, а потом про это ещё и забыл. Например про дату твоего рождения. К тому же, я как раз в начале марта валялся вот на этом диване с ангиной. И причём тут восемнадцать лет?
— Ну-у…
— Понятно, можешь не продолжать. Ты решила, что я предлагаю тебе выйти за меня замуж. Причём, немедленно. Анюта, ты меня совсем за идиота держишь? Я хоть раз дал тебе повод считать меня таким? Не скрою: да, я жутко хочу тебя, как женщину. Но только для этого нужно, чтобы и ты меня хотела, как мужчину. И готова была меня принять таким, какой я есть.
— То есть, тебе от меня нужно только моё влагалище.
Аут! Полнейший!
Отставляю в сторону гитару.
— Ну, что? Ещё по чашечке чая и кусочку тортика перед тем, как я пойду провожать тебя на остановку?
Чайник, зараза, уже успел остыть и никак не желает закипать…
— Миша, а что за песню ты напеваешь?
Мычу, если точнее. Ну, что же. Можно на прощание и спеть. После того, как допьём чай.
— Извини, я ещё не очень хорошо выучил, как она играется, могу сбиваться…
Я пытался уйти от любви,
Я брал острую бритву и правил себя.
Я укрылся в подвале, я резал
Кожаные ремни, стянувшие слабую грудь.
Я хочу быть с тобой.
Я хочу быть с тобой.
Я так хочу быть с тобой.
Я хочу быть с тобой,
И я буду с тобой
В комнате с белым потолком,