Результаты испытаний очень многообещающие. Мы, с Кашигиной, по сути, занимаемся перебором микросхем, выискивая наиболее подходящих для использования в звукотехнике. Тимченко, «подсадивший» кучу инженеров с КБ на мои ШИМ-усилители, за консультации берёт с них «оплату» радиодеталями для нужд лаборатории, в которую понемногу превращается кабинет Теории автоматического регулирования.

Среди одногруппников несколько парней тоже что-то паяют «для себя». И Владимир Григорьевич тоже разрешает им (под моим присмотром, поскольку я уже доказал ему свою квалификацию) пользоваться для настройки самоделок оборудованием «лаборатории». Ну, откуда у подавляющего большинства восемнадцатилетних ребят в домашнем хозяйстве найдутся осциллографы, генераторы, частотомеры и тому подобное?

С ШИМ-радиопередачей пришлось немного «сбавить обороты». Аппаратуру надо испытывать. В том числе — и на дальность приёма. Но связи у «коллективки», не единожды побеждавшей во всесоюзных соревнованиях, широкие, и схемки приёмников разосланы по разным уголкам Советского Союза. «Конференцию в эфире», на которой будет проверены дальность и качество передачи звука с использованием нового принципа модуляции, решено провести в середине июля, когда большинство изъявивших желание принять участие в испытаниях будет к этому готово.

Мдя… Некий М. Карасёв постепенно становится одним из наиболее активных авторов статей для журнала «Радио»… В ближайшем номере он будет значиться уже в соавторстве с И. Бощенко. А к осени, скорее всего, с Н. Кашигиной и В. Тимченко. Добротный такой материал будет, с таблицей статистических данных и аналитическими выкладками-рекомендациями по применению конкретных серий.

К сожалению, в мае наша учебная группа № 207 немного уменьшилась. Пока у нас не преподаются «спецпредметы», и часть парней «забрили» в армию. Не знаю, по какому признаку проводился отсев тех, кого «труба зовёт», а кому предоставлена возможность доучиться без перерыва на армейскую службу. Мне, в общем-то, этот призыв ничем не угрожал. Как по возрасту, так и по последствиям ранения, из-за которого я признан негодным к строевой службе. К тому времени, когда ребята вернутся, мы уже будем защищать дипломы или даже защитим их.

Вернутся не все. Я хорошо помню, как зимой 1982 года нас потрясла гибель Валеры Попова. При буксировке танка тяжеленное кольцо на конце троса сорвалось с крюка и прилетело ему точно в висок. И ведь даже не предупредишь парня, «где подстелить соломку», поскольку буксировать боевые машины танкистам приходится довольно часто. Вроде бы и стоял в стороне, да вот не хватило буквально десятка сантиметров, чтобы всё обошлось.