Дома празднование прошло куда более чинно. Обильно накрытый стол, тоже телевизор, который я, памятуя о происшествии в «первой жизни», смотрел с огромным интересом. Выпил совсем немного, хоть родители и не шикали, когда я потягивал из бокала винцо. Просто не хотелось «бухать». Отвык за последние годы «первой жизни». Да и не люблю я того состояния, когда от выпитого сверх некоей меры начинаешь чувствовать себя дураком. К тому же, травить только-только восстановившиеся (я надеюсь, уже восстановившиеся) мозги не было желания.

Уютно, тепло. Хоть в топящемся очаге плита раскалилась докрасна, что говорит о морозе на улице.

4

Самый короткий день в году — первое января: не успел проснуться, как уже вечер. Тем более, после полуночи по телевизору смотрели новогодние передачи. Не все смотрели: братец Славка, едва дотерпев до боя курантов, ушёл спать. Я же действительно «давил на массу» часов до десяти. Я, но не родители, которым пришлось отправиться в хлев, чтобы накормить и напоить корову. А главное — постелить ей на пол побольше сена: подморозило ведь так, что даже свежие коровьи какашки моментально замёрзли. В общем, на славкино нытьё о том, чтобы погулять, начавшееся после позднего завтрака, папа с мамой отрезали:

— Никакой улицы! Там такой морозяка, что дышать трудно.

В общем, за исключением посещения «заведения, куда даже короли ходят без свиты» мы действительно никуда не высовывались. Да и односельчане, как я убедился, сидя у окошка, тоже.

А ещё первое января — один из самых сладких дней в году. Для детей, само собой. Новогодние подарки в школе, новогодние подарки от предприятия, на котором работают родители. Да и помимо них конфеты и прочие сладости дома не переводятся. А сладкое я любил всегда. Вон, мама вспоминала как в пятилетнем возрасте, заметив, как я жру конфеты, родители пытались отучить меня от этой не очень полезной привычки. Купили кило приторно-сладких конфет-«помадок» в надежде на то, что я их обожрусь, и меня отвратит от сладостей. Какой там! За час «помадок» не стало, а мне — хоть бы хны.

— Вот тогда мы и поняли, что с этим бесполезно бороться.

Конечно, по мере взросления я стал более сдержанным в любви к конфетам, но всегда ел их с удовольствием. Ну, а первого января сам бог велел нам с братом потрошить новогодние подарки. Как же иногда приятно снова окунуться в детство!

Деда я заранее уломал отвезти меня второго числа в Атлян. Причём, абсолютно неубиваемым и хорошо понятным каждому, кто когда-либо жил в частном доме, аргументом:

— Нельзя допустить, чтобы изба промёрзла.