— Договорились, — Лоуд повернулась к кочегару, всучила лохматый блокнот. — Остаешься за старшего. Записи защищать до последнего вздоха! Наука тебя не забудет!

— А печеньки? — уточнил кочегар. — Пачку же обещала.

Лоуд полезла в гондолу выдавать неприкосновенный съестной запас, а Укс смотрел в бездну, наблюдал за изменениями небесной сферы.

В чем безмозглая Профессор права — понять, как устроен этот островной мир, пока вообще не получалось. В оптике монокуляра плыли точки островов — детали поверхности большинства из них разглядеть не удавалось. Зато сами линзы-островки во множестве угадывались по всей сфере горизонта. Естественно, Укса интересовали те, что в нижней, доступной части. Сила тяжести никуда не делась, верх-низ легко определялся. Следовало предположить, что где-то внизу таится огромное небесное тело. От него идут некие восходящие воздушные потоки. Но это теоретически, потоки-то явно есть, а центральная «Земля» — не факт. Единый Мир полон иллюзий, в том числе астрономических и геофизических.

«Уж сколько лет мы алкоголя и иной дури не употребляем, а вокруг то и дело глюки появляются, а то и вообще сущее безумие сгущается» — подумал воздухоплаватель. «Впрочем, чего иного от бытия безумцев ожидать?».

Донесся запах печенья. «Юбилейное» — понял Укс.

С гондолы спрыгнула Профессор, протянула печеньку и задумчиво сказала:

— Хвостач наш совсем спятил.

— Да ну? — не поверил Укс, и не стал отрываться от монокуляра.

— Я понимаю, что там дальше дуреть некуда, но теперь и в прямом физиологическом смысле.

— Я невиноватый! Воно само! — нервно завопил из гондолы кочегар. — Сколько лет не было и ось знову. Це от шока! Организм, йому же не прикажешь.

— Да что там у вас такое? — рассердился пилот, отслеживая плывущую, выглядящую вполне многообещающе, линзу-остров.

— Это не «у нас». А у него. Эрекция проявилась, — сдержанно пояснила Профессор.

— Что⁈ — изумился Укс.

Шутка выглядела откровенно дурацкой. После варварской мутации хвостачи напрочь лишались интереса к сексу, да собственно, и не имели такой технической возможности. Отключили им эту функцию новые хозяева. Вообще-то это было бесчеловечно, но логично. Сексуально озабоченные безумцы гораздо опаснее и непредсказуемее простых-неозабоченных. И вот теперь сюрприз.

— А это он вообще на что реагирует? На «Юбилейное» или на тебя? — уточнил шокированный Укс.

— Что за оскорбительные версии⁈ — Лоуд похлопала себя по зеленовато-глянцевому животу. — Конечно, на меня. Я про эротичность заранее предупреждала.

Вообще более асексуального в человеческом понимании облика, чем природное коки-тэно, представить было трудно. Ожившая схема-заготовка чучела, рядом с ним даже деревянная марионетка выглядит попривлекательнее. Лоуд это, кстати, отлично знает.