Укс покрутил головой, удивляясь собственной сегодняшней безмозглости, и полез обратно в епископское окно.

Пленник успел отползти почти к дверям.

— А поговорить? — пробурчал Укс, хватая епископа за связанные ноги.

Волочить пленника по качественному паркету одно удовольствие — в этом отношении дворцы и апартаменты всегда предпочтительнее лесной почвы или гор. Собственно, и постель нынче подвернулась лучшая в этой сюжетной линии. Опыт есть опыт, умеем выбирать.

Укс сел на стул, оставив пленника лежать на полу. Наверняка епископ в пытках и допросах намного лучше разбирался, но привык выступать в ином качестве, а ведь смена ролей иной раз отлично воздействует.

— Вопросов у меня немного, могу и без них обойтись, — предупредил гость, срезая тряпку, закрывающую пасть хозяину. — Если начинаешь орать, просто нож между зубов вобью. Это понятно?

Епископ был, естественно, не очень-то глуп — смотрел на убедительный, видавший виды клинок чужестранной формы, лихорадочно искал убедительные слова.

Да так это все было… второстепенно. Просто имело смысл скоротать время до колокола с относительной пользой. Ну, в общем, поговорили…

Укс вытер клинок о скатерть. Умер епископ легко, поскольку проявил похвальную догадливость, разговорчивость, да и лгал в меру. Омерзительный человек, но неглупый, да. И обувь неплохая.

Ухватив за босые пятки, Укс отволок хозяина в спальню, отбуксировал туда же тело молодого монаха, разложил живописнее, разбросал оружие. Понятно, рана от наконечника тичона характерна, позже разберутся «что и как» было, тут мясники опытные. Родят какую-нибудь легенду большой назидательности. Но это позже, а пока импровизация свою роль отыграет, запутает.

Проверив собственную готовность, Укс подошел к дверям. Всё вроде бы было нормально, хотя к рясе так до конца не привык, да и пистолет уж очень массивный. Для чего их вообще такие делают и в разные сюжеты насильно суют?

Пора было призвать Логоса и еще раз подумать — все ли готово? Укс так и сделал, но получилось не очень: он-то стоял, прислонившись к стене и пытался думать, а дурень-Логос слонялся по покоям, норовя заглянуть в спальню и непременно поглазеть на постель. Не потому что покойники с нее расползлись, а по своим собственным мечтательным и изумленным соображениям. Нет, ну не дурень ли?

Ударил вечерний колокол. Укс покачал головой, еще раз проверил под сутаной свой небольшой багаж, попытался отряхнуть остатки вездесущего подушечного пуха, прислушался и отпер дверь…

Коридор был длинен и темен, лишь в обоих концах виднелись фигуры стражников. Всё верно: под дверью торчать незачем, покойный епископ не любил, когда подслушивают. Но нынче ночь вообще нетактичная, она трагического нервного жанра.