— Понравилось? — спросил Укс, улыбаясь.

— Я к полетам вообще не привыкну. Это как секс с тобой, прямо вообще неотделимо. Никогда не забуду.

В губы сиятельную Фунтика целовать было нельзя, Укс коснулся поцелуем ее уха, потом шеи с горячим, нагревшимся золотом цепочки. Да, такое не забудешь.

Шпионы заставили себя расцепиться и пошли шпионить. За деревьями пела знаменитая Финилопа Ку…

Певчая звезда Тануффера оказалась ничего себе — платиновая блондинка с выразительным голосом, платьем, и особенно бюстом. Одни боги знают, какие крови в столь обольстительной диве густо намешаны, но соблазн и улыбка магические. Хотя с Фунтиком и отдаленно не сравнить.

Публика рукоплескала прекрасной Финилопе, заваливала сцену цветами и комплиментами. Официанты разносили вино, оркестр старался, ночь цвела и пахла…. Всё это Укс уже видывал — в блужданиях с Профессором куда только не заносило — и не очень любил. По сути, любая тусовка — вынужденная и условная формальность перед переходом к серьезному деловому разговору или случайному сексу. Сейчас на нужный разговор выйти никак не получалось, а вожделенный секс был рядом, вот стоит только с делом разделаться и в «Свинцовый удод» удрать. Но пробуксовывало с этим…

…— Ах, дорогой виконт, ваш интерес к колебаниям биржевого курса бронзы-серебра вполне понятен, он всех нас волнует. Но сводки с места вооруженного конфликта у рудников приходят с огромным опозданием, шахты еще не под нашим контролем. Безусловно, генштаб о последних событиях узнает чуть раньше, но биржа реагирует замедленно… — майор, нарядный, выглядящий в парадной форме этаким торжественным белоногим фазаном, говорил весьма охотно, жесты руки с бокалом были убедительны и наработаны перед зеркалом. Вот только не о том майор болтает, а наживку с упоминанием лохера попросту пропустил.

Насчет внезапно возникшего титула виконта Укс не возражал. Как верно говорит Профессор: «коллективу всегда виднее», пусть это и вздорный великосветский коллектив, поправлять нет смысла. Спутали с кем-то похожим, ничего страшного. И вообще тут виконтов как птехер нетравленых, виконты банальны, здесь куда больше внимания уделяют Фунтику…

Бывшая воровка почти не вступала в разговор, просто держалась рядом, этакая таинственная и сияющая глазами. Наверное, она не была столь ослепительно великолепна, как некоторые светские особы этого вечера. Но необычная для Тануффера легкость телосложения, дразнящая молчаливость, манера носить палантин через одно плечо разительно выделяло гостью среди цветника местных восхитительных дам. И Фунтик играла лицом в полную силу. Необъяснимая, практически без возраста: хрупкое полудитя и одновременно опытная и распутная сука — одни намеки, порочная загадка-игрушка со слишком большим для такой миниатюрной руки бокалом вина. Сейчас упьется и падет в ближайшие объятья, стоит лишь какому-то счастливцу оказаться рядом.