— Да колдун и был глуповатый, бездельный. Понятно, тварь нам важнее, но и крысы… нужно доложить, непорядок же. Щас замету наскоро, — пробормотал хитроумный десятник, без церемоний пристраивая алебарду поверх могильной плиты и нагибаясь.

— Крысиное дерьмо? Руками? — справедливо ужаснулся стражник.

— Твоя правда. Это оттого, что та мерзкая тварь меня с утра злила, мысли путала — пояснил десятник, уже цапнувший пряжку. И тут он увидел упомянутую тварь.

Тварь — в меру дрессированная и очень-очень людоедская — высунула башку из-за угла надгробия и приветливо улыбнулась.

Десятник содрогнулся, потянул руку, хватая лежащую алебарду. Успевший перекатиться по полу Укс охотно помог в этом деле, ухватив нижнюю часть древка, усилив взмах и направление движения…

…Нужно отдать должное — наточена режущая часть оружия была на славу…

… со ступеней склепа это выглядело однозначно — десятник внезапно схватился за оружие и одним взмахом, без колебаний, полоснул себя по горлу…

… усач еще стоял, держа факел и алебарду. Потрескивало смоляное пламя, теплым ночным дождиком кропила надгробье хлещущая из горла десятника кровь. Потом усы поникли, крупное латное тело начало заваливаться, взмахнуло факелом, бешено заметались по стенам тени…

… вот теперь онемевший стражник на ступенях дико заорал и кинулся вверх:

— Зарезался! Всмерть зарезался!

Лоуд выхватила из еще подергивающейся руки десятника пряжку и признала:

— Идеальный эпизод! И с первого дубля! Кинг и Кубрик отдыхают в стороне. Вот я бы еще на сеанс осталась.

— Потом в этом… в интернете ролик глянешь. Уползай.

Лоуд нырнула в лаз, Укс тоже не стал задерживаться. Снаружи орали вовсю, а ведь подземный ход — сооружение известное, родовое, неминуемо сообразят, погоню направят.

Теперь ползли ускоренно — Профессор впереди с фонарем, жалующийся «спину опять прихватывает!» маг следом, за ним Укс с основным багажом, замыкала воровка, буксирующая саквояж. Туннель оказался не только неприятно узким, но и довольно длинным. Наконец притормозили перед выходом. Ученые возились с запором, а девица тактично тронула Укса за ногу:

— Хочу сказать: разыграно было эффектно. Мерзавец этого заслуживал.

— Правда? Он к тебе приставал? Или ты к нему?

— Как вы могли подумать? Я не имею привычки приставать к мужчинам.

— Тогда убери руку от моей ляжки и кармана. Сказал, что верну пули, значит, верну.

— Я и не сомневалась. Просто боюсь, что потеряете. У вас карманы не очень надежные.

Не чужда иронии эта особа. Но кто она такая «по жизни» — всё равно непонятно. С искусством по карманам «щипать» у нее так себе — явно самоучка-любительница.