— Плохо там все. Будь добр, позови солдат с третьей линии. Сдается мне, порезали евреев этой ночью. Пусть власти поразбираются.

— Так это Фабио Моралью надо звать. Если что крупное украли или пожгли или семью вырезали, так это к нему.

— Вот он на той улице сейчас и должен быть с солдатами. Пожар видел?

— Ну да, ну да, сеньор. Я мигом.

Дело оказалось ясное, как божий день. Если бы не пытались найти Луку по горячим следам, то нашли бы этот дом еще днем. Только зачем?

Следы на полу широкой дорожкой указывали на уже не особо тайную дверь в стене. За дверью совершенно бесхитростный ход к сортиру дома Абрама и обгоревшая сверху приставная лестница. Вот так грабители зашли в закрытый дом и этим же путем вынесли золото.

Дорожки крови на полу вели в другой дальний угол. Двое мертвых французских солдат без поясов с оружием. Судя по луже крови в другом месте, был еще один убитый, но его тело грабители забрали.

Судя по чистым местам на полу в виде прямоугольников и кругов, под которые не затекла ни кровь, ни грязь, золото грузили в ящики и бочонки. Возможно, помогали эти же французы.

Куда подевались евреи? Кровавые следы вели от закрытых на засов кладовок. Жена Абрама. Какие-то мужчина и женщина явно еврейского вида. Трое похожих на них детей. Взрослые заколоты мечом, дети кинжалом.

— Ты видишь то же, что и я? — спросил Фабио.

— Взрослые не сопротивлялись, — ответил Мальваузен, — Дети, похоже, погибли в бою. У девчонки кровь под ногтями. У старшего мальчишки в руке щепка с окровавленным концом.

— Маленькие львы, — Фабио вытер слезу, — Тех, кто это сделал, я бы удавил их же кишками.

— Можно еще кости подробить, или лебедкой растянуть. Только ты найди их сначала. Альфонсо Тарди. Лис Маттео. Лука из Портофино.

— Из Портофино? — переспросил Фабио, — С чего ты взял?

— Вежливо спросил одну «благородную даму».

— Сестричку Кармину?

— Ты ее знаешь?

— Я знаю в Генуе всех, кого стоит знать. И сестричку Кармину, и братца Пьетро, и Лиса, и Луку тоже. Но я не знал, что Лука из Портофино. А она, получается, знала. И так просто сдала его вам?

— Просто я умею разговаривать с людьми.

Фабио подумал, не палач ли случайно его собеседник. Но напрямую не спросил. Вдруг он не палач и сильно обидится за такое предположение.

— Как ты думаешь, сколько было налетчиков? — спросил Мальваузен, перебирая кучу хлама в углу, — Здесь куча брошенной одежды. Пять пар очень грязной обуви. Пять одинаковых мешков.

— Пять и было. Вот здесь, на скамейке, они переоделись в чистое перед тем, как уйти. Трое раньше, двое позже.

На самом деле в дом зашли шестеро. Но погибший Мартелло не переодевался в обратный путь, и его тело увезли вместе с его мешком сменной одежды.