Словом, настоящий епископ эпохи Возрождения, а стало быть, само собой, носитель духа эпохи во всех отношениях.

Смерть Льва Xзастала Инноченцо совершенно неготовым к политической борьбе. Его Высокопреосвященство изволил простудиться. Как и подобает мужчине в самом расцвете сил, он не стал злоупотреблять процедурами и микстурами, а посчитал, что насморк и так пройдет за неделю, хоть лечись, хоть не лечись. Насморк на такое отношение обиделся и ушел. В легкие. Усугубившись еще и кашлем. Монах, выполнявший обязанности лекаря, несколько раз отворял кровь. Кашель отступал, но неизменно возвращался.

— Витторио! — позвал архиепископ, — Витторио! Я слышу, что ты тут.

— Брат Витторио, — с важным видом поправил «разбойник в сутане».

Витторио служил Инноченцо еще с Флоренции. Бывают семьи простолюдинов, которые традиционно служат знатным или богатым семьям. Предки Витторио уже лет сто служили предкам Инноченцо, включая и Лоренцо Медичи, и даже Козимо Медичи. Витторио не выполнял для епископа какую-то ежедневную работу, а «решал вопросы», как называют эту деятельность в наше время. Статус духовного лица он попросил и получил для того, чтобы решать вопросы в церковной юрисдикции, а заодно избегать подсудности светским властям. Насколько знал Инноченцо, у Витторио на текущий момент была как минимум одна любимая женщина и как минимум двое детей не от нее.

— Брат Витторио, кхе-кхе! Благословляю тебя сходить к алхимику и принести надежное средство от кашля, — сказал епископ, не оглядываясь. Он сидел за столом у окна и работал с бумагами.

— Ходил уже, Выше высокопреосвященство, нет его.

— Когда вернется?

— Не написал. Написал «Кто войдет без спроса, превратится в жабу», и все. Неохота мне в жабу превращаться, меня французы съедят, и кто Вам тогда лекарства будет носить?

— Еще раз сходи. Или посади кого-нибудь, чтобы сразу тебе сказали.

— Да сидят уже. Булочник обещал сына прислать. Благословите другими делами заняться?

— Какие у тебя дела? Позор епархии, к Петруччи в сутане ходишь. Благословляю в школу фехтования, к бабам и в кабак ходить в мирской одежде. Понятно?

— У меня все грязное. Я после Борго-Форнари вместе с конем в канаву свалился.

— Благословляю постирать.

— У меня денег нет.

— Епископ отвернулся от своего рабочего места у окна и сурово посмотрел на брата Витторио.

— Ты опять меч купил, грешник?

Витторио пожал плечами. Вопрос, очевидно, риторический.

— И повесил поверх сутаны.

Это уже не вопрос. Можно не отвечать, и так видно.

— Как монегаск какой, прости Господи.

— Я не монегаск, я борец с ересью, демонолог. Мне можно.