Бабка Мария неслышно приоткрыла дверь, убедилась, что она не помешает, и принесла следующую перемену блюд. Фасоль с орехами и «сладким порошком».

— У вас есть имбирь, корица и черный перец? Одновременно? — поразился Фредерик, — Я смотрю, наследница купца в Генуе не только выглядит как принцесса, но и живет как принцесса.

— Генуя богатый город, — скромно ответила Кармина, не рискуя признаваться, что пряности краденые и куплены на порядок дешевле известных всем розничных цен, — А Вам знакомы вкусы имбиря, корицы и перца?

— Если лучшие семьи Генуи без формальных титулов живут так же богато, как благородные рыцари на службе королей и императоров, то, наверное, и в остальном нравы здесь такие же мягкие, как эта фасоль, — Фредерик на всякий случай решил уточнить.

— На что Вы намекаете, мессир?

— На отношения между дамами и господами из лучших семей Генуи. Я правильно понимаю, что генуэзская аристократия принимает правила и традиции двора короля Франциска?

— Что Вы имеете в виду?

— Что при дворе Его Величества дама может обидеться, если кавалер не сделает ей нескромного предложения. В других же странах дама непременно посчитает себя оскорбленной, если кавалер такое предложение сделает.

— Вы на что-то намекаете?

— Я гость и заранее принимаю правила гостеприимных хозяев. Мне до сих пор не доводилось быть принятым в знатных генуэзских семьях, поэтому я любезно Вас прошу рассказать о здешних традициях, касающихся отношений сынов Адама и дочерей Евы.

— Все мужчины думают только об одном. Как обидеть, унизить и изнасиловать женщину, — сказала Кармина, выйдя из роли. Она действительно не знала, что и как принято в семьях богачей, а вокруг нее было примерно так.

— Это простолюдины, — не задумываясь, отмахнулся Фредерик, нисколько не оспаривая исходное утверждение.

Кармина замерла. Фредерик продолжил мысль.

— Я спросил про высшее общество. В отличие от простолюдинов, Благородные рыцари всегда защищают Прекрасных дам и оставляют их с чувством глубокого морального удовлетворения.

Девушка не ответила. Фредерик даже провел ладонью перед ее лицом. Потом понял, что в голове Кармины со скрипом пересобиралась новая картина мира. С рыцарями, дамами, хорошими манерами, куртуазией и глубоким моральным удовлетворением.

От внезапно нахлынувших чувств Кармина заплакала. Фредерик не понял, зачем это она, но обратил внимание, что от слез по лицу не потекли цветные ручейки. Значит, вся красота настоящая, а не нарисованная на пустом лице, как иногда бывает.

Кармина взяла Фредерика за руку. Для нее это значило очень много, она избегала прикасаться к мужчинам и вздрагивала, если ее рука случайно сталкивалась с рукой продавца или покупателя. Для Фредерика это было продолжение легкого флирта. Он церемонно встал на колено и поцеловал руку даме.