— Ты говорил с аббатом по этому поводу?

— Говорил. И не раз. Через полгода дядя Бертольд лично привез меня домой и сказал папе, что еще одного дядю Гёца мир с Божьей помощью выдержит. А от еще одного Лютера может и немного испортиться. Папа пообещал, что, если я буду себя хорошо вести, он отдаст меня оруженосцем дяде Максимилиану. Мама заплакала. Я понял, что я на верном пути.

На самом деле, дядя Бертольд принял такое решение после того, как поймал племянника за прибиванием к дверям церкви лютеровых тезисов. Но Фредерик давно решил, что этот момент своей биографии лучше забыть.

— Я понимаю, что ты не хочешь спрашивать родителей. Но что скажет дядя Максимилиан, ты ведь не можешь жениться в тайне от него?

— Как ты думаешь, почему знать биографии своих предков и прочих славных людей важнее, чем знать, что написано в священных книгах?

— Чтобы не забывать, кто должники и кредиторы твоей семьи? — по-генуэзски предположила Кармина.

— Это не так важно, — отмахнулся Фредерик, — Нужно иметь возможность каждый свой поступок объяснить прецедентом. Если кто-то из уважаемых людей так уже делал, и ему за это ничего не было, то и мне, как полноправному потомку и последователю, тоже можно. С прецедентами из Ветхого завета у меня не получилось, зато, стоит напомнить предкам про их предков, как они возвращаются из фантазий на грешную землю и вспоминают, как на самом деле надо себя вести, чтобы прожить жизнь достойным членом семьи.

— Дядя Максимилиан тоже женился, не спрашивая благословения? — догадалась Кармина.

— Он был тогда года на два старше, чем я сейчас. Не прошло и недели между днем, когда его посвятили в рыцари, и днем свадьбы. С тетей Шарлоттой они знали друг друга несколько дней и сыграли свадьбу на следующий день после того, как он сделал ей предложение.

— Она, наверное, знатного рода?

— Намного более знатного, — подтвердил Фредерик, — Еще она очень умная и хорошо кидается предметами.

— Но я не из знатного рода.

— У всех свои недостатки.

В дверь постучались.

— Кармина, там во дворе опять поединок! Иди, посмотри!

— Пойдем? — спросила Кармина, — Или нам и тут неплохо?

— Пойдем, — сказал Фредерик, — Или они подумают, что мы начали грешить до брака.

— Точно-точно, именно так и подумают, — засуетилась Кармина, поправляя платье и рубашку перед зеркалом.

Поединок они посмотрели, обнявшись, из окна кухни. Кармина очень удивилась тому, что один из дуэлянтов пришел со священником вместо секунданта, но священник тоже принял участие в дуэли. Фредерик нисколько не удивился, потому что этим священником оказался Тодт. Он здесь как раз вовремя.