— Солдат? — вспомнил известную историю Мятый, — Пращник?

— Наемник, — уточнил Тодт, — Служил царю израильскому, потом филистимлянам, потом стал царем Иудеи и воевал против Израиля, и только потом стал царем Израиля.

— Но на стороне какого царя в это время был Бог? То того, то другого?

— Нет. Бог всегда был на стороне Давида. Наемника. Такого, как мы. А кто был Гедеон?

— У которого триста воинов против многих тысяч? — Мятый проявил неплохую эрудицию, — Рыцарь?

— Простолюдин. Пахарь. Раз уж ты слышал эту историю, ты ведь понимаешь, что Бог мог бы щелкнуть пальцами и разогнать мадианитян к свиньям морским.

— Мог бы.

— Но не стал. Потому что мир создан таким, что в мире нужны солдаты. И командиры, будь то простолюдины или рыцари. Откуда мы знаем, кто из нынешних королей мадианитянин, а кто из командиров будущий Давид или Гедеон?

— Но разве можно без прямой Божьей помощи победить большую армию, вооружившись трубами и светильниками?

— Ты неплохо знаешь Писание, сын мой, — одобрительно сказал Патер, — Но ты не был при Грансоне. Стоило нам напасть, как бургундцы, большая сильная армия, смешали строй, впали в панику и разбежались, как те мадианитяне много лет назад. Потому что Бог был на нашей стороне.

— А как Бог вам это сказал?

— Никак. Твое солдатское дело идти в каждый бой так, будто на твоей стороне Бог. Он может не быть на твоей стороне. Он может вообще ни на чьей стороне не быть. Но однажды, совсем не обязательно, прожив жизнь, полную битв, тебе повезет сразиться на стороне Бога. И ты неуверенно подумаешь, догоняя врагов и добивая раненых под ногами, что, наверное, ты прожил жизнь ради этой битвы. Ради того, чтобы принять на копье рыцарского коня. Чтобы прорвать строй вражьих пик. Чтобы бросить бочку пороха врагу в трюм. Чтобы заклепать пушку, которую пернуть не успеешь, как враг отобьет обратно. Чтобы огреть алебардой гиганта в доспехах, и вдруг именно твой удар станет для него последним.

Мятый хотел что-то сказать, но Тодт жестом прервал его.

— Лично ты, сын мой, жил свою никчемную жизнь так, что у тебя близко не было такого поступка, ради которого стоило бы прожить жизнь! Отобрал деньги у мошенника? Проткнул мечом разбойника? Дал заработать судье и стражникам? Может быть, выломал какой-то особенный камень в каменоломне? Бог в милости своей послал тебе меня! Чтобы твоя жизнь была прожита не зря!

Уже не было слышно стука ложек об тарелки, народ вокруг слушал проповедь.

— Даже если ты не солдат, даже если ты простой обозник. Может быть, ты везешь в армию Гедеона те самые светильники. Трубы в Иерихон. Пращу для Давида.