Дело в том, что здешний потолок сильно напоминал ржавый дуршлаг. Или же ломоть гнилого сыра. Вода лилась дождем. Невидимое взору отверстие для сочащейся воды было на каждом шестом-седьмом сантиметре потолка. Самое настоящее сито. Так вот. В одном месте сито было «забито». Квадратный кусок потолка, размером примерно полметра на полметра, был пусть не сух, но и не истекал оранжевой водой. Сухое квадратное пятно, почти незаметное в дождевой завесе.

Спустя секунду я уже висел на потолке, покачиваясь подобно диковинному заморскому фрукту в крысиных ботинках. Зажатый в руке длинный охотничий нож с зубчатой верхней кромкой — один из подарков за убийство паладина — вонзился в глиняный наплыв и срезал его. Так срезаются излишки пластилина. Орудуя ножом, я срезал слой за слоем, но пока ничего кроме комьев грязи не находил. Щурясь от заливающей глаза воды, я продолжал работать, не забывая поглядывать по сторонам. Охотничий нож оказался отличным подарком — в битве с Кросси я потерял кинжалы и костяной мизерикорд. Отныне озабочусь, чтобы при себе всегда было не меньше шести крепких кинжалов. У меня оставались метательные ножи, два простых ножа с тела волшебницы и паладина, включая их оружие, совершенно не подходящее мне по классу. От Крутована я получил охотничий нож — подарок со смыслом, ведь на лезвии шла надпись: «Славный охотник». Второй наградой был опыт. Я вырос на два уровня. Щедро наградили. Остальную добычу взятую с тел игроков я оставил в камере Крутована, зная, что никто ее не заберет. Я бы ее продал старику, но тот так стремился меня выпроводить, что было ясно — ему не до торговых сделок в данное время. Прошли времена, когда он жадно скупал у меня куски крысиного мяса.

Задумавшись, я упустил момент, когда из вырезанной мною дыры выпал большой и плоский предмет квадратной формы. Я попытался его подхватить, но не успел. И соприкоснувшись с полом, со звоном разбиваемого глиняного горшка, небольшая глиняная плита разлетелась на осколки. Черт… летучей мышью я упал следом, грудью накрыв разбитый предмет, не сдерживая огорченный стон. Но печаль длилась недолго — среди глиняных осколков обнаружился уже намокший квадратный лист пергамента испещренный множеством закорючек. Я жадно подхватил его в руки.

Одно древнее знание Мерзкого Багрянца обретено!

Так… я что-то обрел…

Но вот что? Язык мне незнаком! И описание старого пергамента представляет собой сплошные вопросительные знаки. Мало того, что язык непонятен, так и сам предмет не опознан. Тут нужен специалист.

Я собрал и осколки глиняной плиты, содержавшей в себе лист пергамента. На некоторых осколках видна замысловатая вязь, какие-то рисунки. И одно слово на понятном мне языке, гласящее «Тантариалл». Но и этот кусок — как и прочие — рассыпались серым прахом у меня в руках.