— Сколько стоит операция? — спросила она.

— Тридцать тысяч. Плюс лекарства после — ещё около пяти.

— У меня нет тридцати пяти тысяч.

— Я знаю, — сказал ветеринар. — Я сделаю скидку. Двадцать пять тысяч. Это моя себестоимость.

— У меня нет двадцати пяти.

Ветеринар помолчал.

— Анна, я не могу бесплатно. У самого долги. Но если вы найдёте хотя бы пятнадцать — остальное я как-нибудь... не знаю. Растяну. Поверьте, мне тоже жалко щенка.

Она поблагодарила, положила трубку и уставилась в одну точку. Пятнадцать тысяч. У неё было одиннадцать на счету, но из них семь с половиной — за аренду, а платить нужно было завтра. Если она не заплатит, тётя Зина выставит её на улицу. Она уже делала так с предыдущей жиличкой, Анна слышала эту историю от соседей.

Значит, у неё было три с половиной тысячи. Пятнадцать нужны. Не хватает одиннадцать с половиной тысяч.

Она открыла список контактов. Друзей, у которых можно занять, у неё не было. Были коллеги, но просить у них деньги на операцию щенку — звучало безумно. Они не поймут. Подумают, что она сошла с ума. Или что она обманывает.

Остался один вариант. Тот, о котором она думала с самого начала, но откладывала до последнего.

Она открыла чат с Дмитрием. Написала: «Можно с вами встретиться сегодня? Не по работе. Личный разговор».

Ответ пришёл через минуту: «Удивили. Давайте. В 19:00, там же, в "Лагуне"».

Анна не стала писать, зачем ей встреча. Она просто выключила телефон и просидела остаток рабочего дня, глядя в одну точку. Она знала, что просить деньги у человека, который только что нанял её на проект — это унизительно. Он подумает, что она аферистка. Что она взялась за дело только ради денег. Что она нищая и цепляется за любой шанс.

Но Шустрик умрёт завтра. А она не могла позволить ему умереть. Не после всего, что она уже сделала. Не после того, как она согласилась на эту безумную авантюру со сватовством. Не после того, как узнала, что её спаситель из лифта — это Дмитрий, с которым ей теперь работать.

Она решила: попросит аванс. Не подарок, а аванс. Часть гонорара за работу, которую она ещё не сделала. Умный бизнесмен поймёт. Если он вообще умеет понимать.

Вечером она снова надела то же чёрное платье. Другого не было. Подкрасила ресницы — единственной тушью, которая уже заканчивалась и сохла в тюбике. Пришла в «Лагуну» за десять минут до назначенного времени. Дмитрий уже сидел на том же месте, у окна.

Сегодня он был в серой футболке и джинсах — без пиджака, без пафоса, почти простой. Он пил какой-то сок оранжевого цвета и листал телефон. Когда Анна подошла, он отложил телефон и посмотрел на неё. Взгляд был спокойным, без вчерашней надменности. Сегодня он, кажется, был в хорошем настроении.