Даня тяжело дышал мне в самое ухо, а я лишь ожидала завершения, понимая, что расслабиться больше не смогу. На мое счастье, финишировал он довольно быстро, немного придавив меня своим расслабленным телом.

— Машуль, чего не сказала-то, что ты целка? — спросил Даня, перекатываясь к себе на сиденье с расслабленной довольной улыбкой.

— А разве нужно было? — ответила встречным вопросом, приводя кожаное сиденье в порядок и одновременно нелепо пытаясь прикрыться.

Хотя в моей ситуации поздно было уже скромно краснеть, но все же именно это я и делала, старательно отводя глаза.

— Ну я бы понежнее был, а так извиняй, Машуль, как уж получилось, не сдержался, — и он потерся своей щекой о мою шею, как кот, который благодарит хозяйку за еду и я, не желая его расстраивать, попыталась скрыть болезненное выражение у себя на лице, когда застегивала джинсы. Неприятные спазмы скручивали низ живота, и я очень надеялась, что это только в первый раз так.

— Забудь про то, что я тебе сказал по поводу того, что тебе не нужно скрывать свое тело, — начал Даня вполне серьезно, когда мы ехали в сторону дома, и я вопросительно посмотрела на него, надевая свои очки.

— Как одевалась, так и ходи. Теперь ты моя. И это все … — в этот момент Даня запустил руку под мою блузку, сжимая грудь, — … только для меня. Поняла? — несмотря на грубый тон, которым он все это произносил, приятная волна прокатилась по мне от сознания того, что такой как Даня будет считать меня своей.

— Поняла, — ответила, улыбнувшись, и увидев мою покорность, он улыбнулся мне в ответ.

— Так значит я теперь твоя девушка? — спросила я робко.

— Моя, Машуль, моя. И только моя, — услышала я вполне устраивающий меня ответ.

Вот так одним днем я из обычной девушки превратилась в желанную женщину, о чем нисколечко не жалела. Сегодня я много чего сделала впервые. В первый раз поцеловалась, в первый раз занялась сексом, и в первый раз меня наградили официальным статусом девушки.

Всю дорогу я довольно улыбалась несмотря на то, что низ живота неприятно ныл, и моя блузка была застегнута на две оставшиеся пуговицы из шести.

С тех пор Даня стал приезжать почти каждый вечер, но все наши свидания происходили исключительно в его машине. Я не жаловалась, меня все устраивало. Делить его внимание с другими девушками я желанием не горела, а так он был только мой, а я — его.

— Как подумаю о том, что в твою дырочку только я ныряю, мне аж крышу сносит, — признавался мне Даня во время нашей близости, а я даже и не думала о том, что на меня еще кто-то внимание обратит, хотя очки носить я перестала.