— Наконец-то доехали, — выдала сестра, сопровождая свою фразу недовольным зевком.
— Никогда еще так плохо не спала.
— Некоторые вообще не спали, — вставила я, пытаясь вытащить нашу сумку из поезда так, чтобы ненароком не свалиться самой и тут она чудесным образом стала совершенно невесомой.
Я даже не сразу поняла, что произошло, но, когда подняла глаза, наткнулась на пристальный серьезный взгляд мужчины, который и держал мою сумку. Заглянув ему за спину, я увидела еще несколько таких же клонов, серьезных и внушающих страх.
— Мария Ивановна, вам необходимо проехать с нами, — голос звучал ровно и без эмоционально, а для меня эта фраза из его уст прозвучала как «вы имеете право хранить молчание, все что вы скажете, может быть использовано против вас в суде».
Я обернулась, желая найти поддержку в лице сестры и она, прочитав мой страх, тут же перешла в наступление.
— Никуда она с вами не поедет. Одна по крайней мере, — ее громкий голос сопровождался отпихивающими жестами и по началу мужчины даже действительно стали отступать, но, видимо опомнившись все-таки оттеснили сестру от меня.
— Вам с ней не положено, — слышался один ответ на все ее возмущения, а я просто молчала, и как мне сказали, следовала за ними.
— Да не террористка она, — выкрикнула сестра, собирая своей фразой пристальное внимание окружающих, и это было последнее, что я услышала от нее прежде, чем меня посадили в машину.
24.
— Кто ее отвозил? — мой голос звучал ровно, но штат охранников, стоящих передо мной, пугливо опускали взгляд.
— Она сказала, что ее муж у нее ребенка забрал и что ей срочно нужно домой. Вот я ее и отвез, — мужчина даже заикался слегка, пытаясь ввести меня в курс дела.
Его лицо мне было не совсем знакомо, работал недавно.
— Почему мне не доложили?
— Я думал вы в курсе, — ответил более уверенно.
Конечно, ему даже в голову не пришло, что я еще не знаю номера телефона своей любовницы. Просто пока в этом не было нужды, и звонил я ей тогда через начальника охраны. У меня же было все под контролем. Поселил у себя в квартире. Думал, куда она от меня денется, от президента-то.
— Дословно, внятно и быстро рассказал мне, что она тебе сообщила, — прогремел мой голос уже не так ровно.
Злость плескалась во мне, переливаясь через края. Злость на самого себя. У Марии, оказывается, проблемы с мужем с ребенком и мне первым делом нужно было узнать о ней все это, а не думать о том, как буду иметь ее во всех позах.
— Лев Борисович, здравствуй, — я рассчитывал на оперативную помощь этого человека, несмотря на ранний час.