Тело мгновенно отреагировало, припечатав телефон об стол пару раз, а потом еще и еще. Я лупил его нещадно, от того, что знал — он просто не убиваемый, его хоть под каток положи, ничегошеньки с ним не станется, именно так его и тестировали даже. Поэтому я свободно мог выместить всю свою злость на этом маленьком творении рук человеческих. После того, как голова отчистилась, думать стало проще, эмоции поутихли, я еще раз взглянул на экран. Целенький такой, ни трещинки не пустил. Мария была все там же в объятьях этого мудака, а его рука, мать его, сжимала попу моей девочки, по-собственнически так, как будто имел право. Передо мной сразу же нарисовалась импровизированная кнопка, на которую я нажимаю, и его просто не существует, а самое страшное, что такая кнопка есть. Достаточно одного моего слова и человека не будет, одного такого конкретного придурка, которого ничему жизнь не учит. Ведь был же без ног, а теперь, видимо его еще и без рук оставить придется, за то, что посмел ее тронуть.
И все же меня мучил один вопрос, а что если Мария сама этого хочет? Хочет вернуться к своему мужу? О таком было страшно даже думать, поэтому я и не собирался начинать.
— Кто сделал снимок?
— Денис … но он случайно, природу говорит, хотел запечатлеть …
— Ее водитель? — перебил, желая слышать только интересующую меня информацию.
— Да, но он не хотел вам сообщать, Максим Викторович. Инициатива исходила …
— Вези их обратно, — скомандовал Игнату, опять перебивая.
— А если …
— Никаких если, — прогремел в телефон, — Я сказал, вези их обратно!
От вида сопротивляющейся Марии, которая не хочет никуда ехать, защемило сердце, но мне нужно было ее увидеть, и мне нужна она, как бы эгоистично это не звучало.
32.
Даня улыбался мне во всю мощь, но улыбка была наигранной, как мне показалось. И чего ему здесь надо? Разговаривать с ним не хотелось совершенно. Может сделать вид, что я его не узнала?
— Машуль, Маша, — начал он интенсивно махать мне, видя, что я не реагирую.
— Сказать, что тебя нет? — спросила сестра с улыбкой.
— Думаю, уже не прокатит, — ответила, тоже улыбаясь, и направилась открывать калитку.
— Привет, — поприветствовала я бывшего мужа и жестом пригласила следовать за мной.
От моего взгляда не укрылась то, как он, опомнившись, стал прихрамывать.
— Зачем ты здесь? — спросила без обиняков.
— Как зачем? Вас с Ниной увидеть. Соскучился я.
В этот момент дочка вышла из дома и, проходя мимо нас, нехотя поздоровалась с отцом, напрочь игнорируя его объятья. Я даже не стала делать по этому поводу замечаний. Это ее дело. Хочет общаться — пусть общается, нет — заставлять не буду.