Да, влюбиться в такого очень просто. Некоторым, вообще пары минут хватило. Осознание своей влюбленности в Даню повергло меня в шок, а ведь я его толком даже и разглядеть то не успела. Я пыталась гнать от себя эти мысли, но то и дело мое подсознание рисовало мне знакомый образ. Смирившись с неизбежным, я записала номер Дани как “любимый” и, свернувшись калачиком на кресле, стала ожидать его звонка, как будто важнее этого и дел-то больше не было.

Когда из телефона полилась знакомая мелодия, а на экране высветилось слово любимый, я не смогла скрыть мечтательную довольную улыбку и, полюбовавшись еще пару секунд, ответила.

— Да, — голос дрожал от волнения, а ладошки вообще вспотели до невозможности, как будто я кусок мыло держала, а не телефон.

— Привет, детка. Заеду за тобой в шесть. Говори куда? — послышался в трубке знакомый уверенный голос, а я с запозданием подумала о том, что вряд ли ему стоит подъезжать за мной к самому дому, может к магазину. Тоже не вариант, вдруг там кто-нибудь из знакомых будет.

— Ты чего подвисла-то? Адрес свой называй.

— Эм …

— Понятно, не хочешь, чтобы я за тобой к дому подъезжал. Боишься, соседки спалят, — услышала я насмешливый тон.

— Ну, окей, давай за школой. Я вдоль дороги припаркуюсь. Пока, детка. Не опаздывай, не люблю ждать. Поняла? — и опять от его властного тона у меня как будто температура резко подскочила.

— Поняла, — четко ответила я, ведь моего кивания он точно не увидит.

До встречи еще был целый час, а я уже начала собираться. Хотелось выглядеть красиво, нарядиться, чтобы соответствовать своему кавалеру, но, перебрав все свои вещи, поняла, что это невозможно. Все они были слишком скромными, а наряды — слишком нарядными. Вернее, их было всего два. Два платья. Белое и красное. И то, и другое можно надеть только на новогоднее мероприятие, что, собственно, я и дела в этом году, ну или на свадьбу к кому-то.

Смирившись, я надела джинсы и стала выбирать блузку поновее, получилось очень даже стабильно. В смысле, как всегда. Так я выглядела всегда. А нарядиться хотелось очень и не раздумывая я вытащила нитку маминого жемчуга из шкатулки.

Когда я рассматривала себя в зеркале, любуясь результатом, взгляд мой был прикован только к жемчужному ожерелью. Оно было прекрасно, в отличии от всего остального. И, не желая с этим мириться, я опять стала расчесывать свой волнистый белый хвост, который и без того неимоверно пушился и электризовался и, не удовлетворившись результатом, все-таки заплела свои ненавистные пакли в косу. И довершили образ прилежной девочки огромные очки. Куда же без них. Они у меня были для постоянной носки, и когда я их снимала, была как ежик в тумане, поэтому пойти без очков — вообще не вариант.