— Как я сразу не догадался. Но как она вообще про нее узнала. Вернее, она про всех всегда знала, но так радикально не действовала.

— Значит, соперниц в них не видела.

— Значит, предстоит разговор с Лианой, потому что на Марию у меня действительно серьезные планы, — я озвучивал свои мысли не переживая об утечки информации, на Льва Борисовича я действительно мог положиться, у меня даже возникла мысль переманить его к себе на службу.

— Вы планируете сегодня вылетать обратно? — отвлек он меня от своих мыслей.

— Да, мой внезапный отлет из столицы и так вызвал много накладок, — ответил устало, вспоминая о том, сколько еще предстоит дел по возвращении.

— Мария сказала, что она еще не разведена. Если документы с собой могу сейчас все организовать, — предложил Лев Борисович.

— Слушай, не хочешь ко мне перебраться? — предложил я, еще раз убеждаясь в том, что этот человек просто необходим мне рядом.

— Не скрою, что поражен вашим предложением, Максим Викторович, — Лев действительно выглядел удивленным.

— В вашем окружении и так достаточно компетентных людей.

— Есть, но недостаточно. Такой как ты мне точно необходим, — свое предложение я сопровождал улыбкой и дружеским тоном, не хотел его заставлять принимать это решение в добровольно-принудительном порядке, и он это понял.

— Хорошо, Максим Викторович. Я обязательно подумаю над вашим предложением.

— Думай, только недолго, — и я направился к выходу, завершая наш разговор.

Открыв дверь, я замер, уловив краем глаза, то, как Лев Борисович чуть не врезался мне в спину, не успев среагировать на мою внезапную остановку. Из комнаты доносился переливистый смех: звонкий детский и мелодичный женский. Открывшаяся моему взору картина, просто умиляла. Единственное, что меня напрягало это то, что любуюсь этим видом не только я.

Мама с дочкой сидели на небольшом диванчике, смеялись и оживленно беседовали. Нина забралась на него, подобрав под себя ножки, и выглядела при этом очень мило, а Мария, несмотря на беззаботность разговора, держалась очень достойно: спина прямо, руки в замочек — истинная леди. Я не мог отвести от них взгляд. Хотелось приобщиться к этой идиллии, стать частью их жизни, оберегать и защищать своих девочек.

Это чувство, доселе недоступное мне, теплом растекалось в сердце. То, что я испытывал к Марии, заставило меня безоговорочно принять и ее дочь, как близкого мне человека. Она посмотрела на меня и перестала улыбаться, и у меня все внутри похолодело от мысли о том, что она не испытывает ко мне и части того, что испытываю к ней я. Но как всегда и во всем я быстро откинул все сомнения. Теперь я сделаю все, чтобы Мария осталась со мной. Она уже со мной, и теперь никуда не денется.