— Я предполагал это, — улыбнулся в усы старикан, видя безмятежное лицо монаха, который подрабатывал детектором лжи. — Хотя рад бы был пообщаться и с ними. Любой товар из вашего дома чрезвычайно дорог и редок, даже их жидкий ручеёк привлёк в Шэлтэ новых гостей и их деньги. Потому чрезвычайно обидно слышать, что он может иссякнуть.

— Рразделяю ваше огорчение, но мы, к сожалению, не можем быть уверены, что почтенный мастер Нэкэт будет здесь в безопасности, — осторожно ответил я, внутренне кривясь от необходимости жонглировать словами и вновь прорывающейся в речи рычащей «Р». Ну и немного оттого, что мы обсуждаем нашего делового партнёра в его отсутствие. Эсуфа за стол пригласили, а вот кожевнику такая честь оказалась не по чину. — Но, думаю, мы сможем прийти к взаимопониманию.

— Разумеется, решение ремесленника нашло моё понимание, — кивнул наместник. — Я и правда не готов поселить мастера Нэкэта рядом с собой, чтобы уберечь его от кровной мести, да и Шэлтэ куда ближе к Эсэну, чем ваш дом. Но, думаю, и вы должны осознавать, что я не могу допустить, чтобы город потерял часть прибыли, ничем её не компенсировав.

— Кроме шкур небесных животных, уважаемый Эсуф привозит сюда их кости, а также многие магические растения, интересные алхимикам. Думаю, их количество могло бы увеличиться.

— Это было бы весьма не дурно. Было бы и вовсе чудесно, если бы цены на них стали ниже. Хотя бы для представителей королевской власти, всё-таки многие из них станут снадобьями и эликсирами, которые спасут жизни защитников королевства, в котором вы живёте.

Удерживая морду кирпичом, я мысленно вздохнул. Будь патриотом, дай государству побольше денег, а себе оставь поменьше — везде, млять, одно и то же. Тем более сомневаюсь, что наместник будет клепать дешёвые лекарства для местного госрезерва, скорее уж станет перепродавать сырьё в центральные провинции за совсем другие деньги, только не слишком наглея. Местная-то гильдия алхимиков ему тоже деньги платит и способствует процветанию вверенного ему города, и потому ей тоже что-то должно перепадать. Хотя… на Земле чиновники и не такое проворачивали, своя рубашка ближе к телу.

— Не могу вот так сходу что-то ответить на ваши последние слова. Я в своей семье самый младший, а не самый старший, — в итоге развёл руками я.

— Досадно, но ожидаемо. Кстати, было бы крайне интересно узнать о ней. Семья, живущая в Смертолесье, а не просто люди, ходящие на его окраину за добычей, это удивительно. Пожалуй, даже более удивительно, чем ваши традиции.

— Ну с традициями всё как раз довольно просто. Мне действительно кажется, что лучше ни перед кем не склонять голову и никого не заставлять кланяться перед собой. Если же для этого нужно жить вдали от остальных людей, которые не разделяют наши взгляды, то пусть так и будет, — хмыкнул я, стараясь не смотреть на монаха. Уж он-то по логике вещей должен меня понимать, ведь сколько монастырей, столько и уставов. А ещё чуять, что я не вру хотя бы формально. — А что до семьи, она живёт в Смертолесье уже многие поколения.