Претерпели изменения и Речнослеска с Лисьим Носом, Дубравной и Беличьей. Среди знакомцев Эфрима с компанией были и те, кто шёл Лестницей Земли. На первой-второй ступенях таковым трудновато применять свою стихию в бою, не зря их путь считается в первую очередь телесным, но в спокойной обстановке они вполне могут строить из камня здания, создавая их стены прямо из земли. Да, не быстро, при наличии обтёсанных булыжников и раствора бригада обычных строителей управилась бы раньше, чем такой недомаг. Но зато оную бригаду не нужно было нанимать и оплачивать завозные стройматериалы, а сами бывшие ополченцы были не против сделать свои места жительства более безопасными. Многие ведь с семьями переехали, да и некоторые холостяки оженились на деревенских девках. Вот и было на границе Смертолесья теперь четыре форта с опытными гарнизонами.

В каком другом месте бы это было вопиющей наглостью для простолюдинов, за которую быстро бы прилетело от всех окрестных дворян, а в первую очередь от того, на чьей земле народ развернулся. Но граница с диким лесом была особым местом, а северные тэнства являлись чрезвычайно аморфным образованием, полным внутренних конфликтов. Ближайшие аристократы не лезли к нам, опасаясь огрести, а более дальние скорее радовались, что их соседи чего-то опасаются. Впрочем, я не обольщался: там, где крутятся большие бабки, обязательно нарисуются те, кто захочет их присвоить. Так уж люди устроены.

Для меня же наличие бывших ополченцев играло и ещё одну положительную роль. Пусть все они были простолюдинами и не заканчивали королевских дворянских академий, но дожили до своих лет не просто так. В магии и военном деле мужики понимали, а также имели в рукавах кучу трюков, которые позволили им выжить там, где легли в землю многие их боевые товарищи, а так же командиры-аристократы. Я же с удовольствием у них учился всякий раз, когда прибегал к человеческому жилью. Боевой шест, копьё, кинжал, прямой меч и его изогнутый кузен, напоминающий катану, в той или иной мере покорились мне. Более же всего я поднаторел, фехтуя именно изогнутым мечом, который позволял и обычную схватку с равным противником, и резануть кого-то на бегу, повернув лезвие под правильным углом, чтобы не застряло и не вырвалось из рук. Пусть мастером клинка меня пока не назвать, но, со слов Арэмса, сослуживца Эфрима, который меня учит, некоторых провинциальных дворян я уже превосхожу. Правда, за мой собственный меч из Кивпроводящего металла Эсуфу пришлось отвалить настоящую гору золота. Уж больно волшебный сплав дофига стоит.