Говорят, а ты не слушай, говорят, а ты не слушай,

Говорят, а ты не верь!

Разноцветный, огромный, весёлый,

Неподвластный ни дням, ни годам,

Этот мир ослепительно молод

Столько лет ему, сколько и нам,

Этот мир таким и был придуман юным и бесстрашным,

Всемогущим чародеям, воинам отважным

И для радости и счастья нам подарен этот мир,

Необъятный и чудесный, необъятный и чудесный

Кто бы что ни говорил — наконец на протяжной ноте сильный, но звонкий и молодой голос замолчал, а Афэна увидела из-за плеча брата, у которого сидела на закорках, юношу в чёрном плаще, который издали бросался в глаза на фоне леса, покрытого белым снегом. Певец держал при этом в руках ладони девушки лет тринадцати-четырнадцати, для которой, видимо, и пел. И если парень был в одеяниях, которые совпадали по описаниям с теми, которые носят члены Братства Смертолесья, и имел на поясе меч, то девушка была в светлой шубке и могла похвастаться лишь ножом, который скорее подошёл бы травнику, чем воину.

Дядя с братом тем временем добежали до странной пары и Фэлкас выпалил:

— Где ваши охотники?

— Охотятся вестимо, — с улыбкой ответил юноша. — Или в таверне бражку пьют.

— Нам к ним нужно, — восстанавливая дыхание, проговорил брат. — За нами погоня.

— Так отбегались вы, похоже, — хмыкнул обладатель чёрного плаща и столь же чёрных волос до плеч. — Обошли они вас с двух сторон. И теперь вон подходят.

Проследив за взглядом собеседника, молодой дворянин отпустил сестру, отчего та сползла на землю и села на снег. Несколько дней гонки без сна и отдыха вымотали Афэну донельзя, как и её сестру, которая покинула спину дяди и приняла то же положение, а Адрэст сплюнул на землю и, вытащив меч из ножен, произнёс со злой иронией:

— Чуть-чуть не успели до помощи добежать, похоже. До Речнолески-то вашей далеко?

— Да версты две, — пожал юноша плечами, смотря на приближающихся преследователей. — Чего у вас случилось-то?

— Замок наш осадили. Отец отправил меня с сёстрами и дядей спасаться подземным ходом. Эх, дало ж Небо родственников.

— Парень, ты б полегче, — хмыкнул собеседник. — Он твою сестру на горбу нёс.

— Да я про гостей, из-за которых на нас напали. Приехал родич с наложницей из бывших Шистэви, а нам просто не повезло, что их род дорезают, — хмыкнул Фэлкас, тоже наплевав на условности. Похоже, их сейчас всех будут убивать, как-то глупо в такой ситуации цепляться к словам парня, которому тоже не повезло оказаться не в том месте и не в то время.

— Шистэви? — переспросил тем временем юноша, несколько изменившись в лице, будто эта фамилия волновала его больше, чем приближающиеся враги. — Это не из того княжеского дома, который лет десять назад вырезали?