Мы с сестрами остались ждать у дверей, пока он доложит о нас.

— Ну при гостьей-то не будут они с тобой отношения выяснять, — пыталась меня успокоить Настя.

— В крайнем случае — перенесут вашу встречу на завтра, — поддержала ее Аня.

— Нам завтра с самого утра уже выдвигаться надо, — покачал я головой.

Тут подошла тетя, прерывая наш разговор.

— Роман, рада тебя видеть, — улыбнулась она облегченно и даже обняла.

Вот такого поворота я точно не ожидал. Затем она переключилась на девушек, тоже не постеснявшись обнять их, и лишь после этого пригласила в дом. Я заметил, что возвращаться в зал ей почему-то не хотелось.

— Тетя, все в порядке? — не удержался я от вопроса.

— Антон себе за один вечер невесту нашел, — недовольно поджала она губы.

Ах вот в чем дело. Снова кузен чудит. Зато меня обрадовало, что он про Настю забыл и не будет на нее смотреть. Но уж чего я точно не ожидал, так это увидеть Дарью Воробьеву в роли той самой «невесты»!

* * *

Царицын. Порт

Фаррух вдохнул морозный воздух, вместе с которым ему в нос попали запахи, присущие любому порту — пахло рыбой, дегтем и, что характерно больше для военных портов, ружейной смазкой. Вот он и добрался до конечной точки своего путешествия.

За время пути мужчина успел обдумать свои шаги, чтобы выполнить просьбу мирзы Хусейна. Первое — ему нужно раскрыться, как последователю бабизма перед местными жандармами. До этого он тщательно скрывал от полиции свои политические предпочтения, выставляя себя больше торговцем. И тому были причины. Не хотелось бы, чтобы информация о его взглядах попала кому-то из его недругов на родине. Но сейчас все изменилось. Хусейн-мирза в письме упоминал, что в России желают установить неофициальный контакт с представителями их учения. Если он начнет свою деятельность, не заручившись хотя бы негласной поддержкой местной охранки, то очень быстро окажется сначала в числе задержанных, а затем его вышлют на Родину. Со всеми неприятными последствиями.

Второй шаг — найти в городе человека, который бы согласился с ним вести общие дела. Да такие, что пойдут на пользу и России и Персии, но при том этот человек не должен иметь дружеских отношений или хотя бы симпатий к официальной власти в Тегеране. А еще — быть открыт к новому и не бояться действовать. Почему-то на ум Фарруху сразу приходил юный Винокуров. Сразу по нескольким причинам. Во-первых, он уже знал о принадлежности Фарруха к бабидам и до сих пор не выдал его. Во-вторых, Роман пошел им навстречу в вопросе написания картины с политическим подтекстом. Но до сего момента парень не хотел ввязываться в большую политику, и мужчина его прекрасно понимал. Однако если он узнает, что в его стране никаких репрессий за сотрудничество с Фаррухом не получит, то это развяжет ему руки. Мужчина очень на это рассчитывал. И жандарм в уговорах Винокурова должен помочь. Поэтому да — первым делом надо идти в третье полицейское отделение, а уж потом писать Роману.