Ночь перед своим отъездом Антон вновь провел с Дарьей, что дико не нравилось его родителям. Точнее — маме, так как Владимир Михайлович по мнению Софьи уже «смирился». Сама женщина на Дарью смотрела волком. Нет, если бы ее сын долго ухаживал за овдовевшей девушкой, а та не пустила его в первый же день к себе под юбку — тогда бы Софья не имела ничего против. Было бы понятно, что у Антона любовь и стоит его поддержать в этом деле. К тому же и партия выгодная — с существенным приданым, ровня опять же. Но не случилось. Дарья показала себя в высшей степени меркантильной и падкой на мужской уд девицей. Если раньше на ее похождения Софья Александровна смотрела сквозь пальцы, и даже жалела бедняжку, которой муж не способен уделить должного внимания, то теперь все резко переменилось.

— Если в отсутствии Антона ты и дальше будешь принимать разных мужей — ославлю на всю губернию, — с милой улыбкой заявила она Дарье, когда они обе махали платочками молодому лейтенанту вслед. — И о браке с моим сыном можешь забыть.

— Я умею быть верной женой, — с такой же ответной улыбкой ответила Дарья.

Поджав недовольно губы, Софья Александровна отправилась к бричке. Их прощание с Антоном проходило на почтовой станции, где он сел на дилижанс. Дальше на перекладных доберется до Севастополя, где и вернется служить на свой корабль.

Проводив будущую свекровь со свекром чуть насмешливым взглядом, Дарья сама уселась в нанятую пролетку. В последние дни чувствовала она себя неважно. Внезапная задумка с женитьбой на Антоне Зубове сильно сказалась на ее эмоциональном состоянии. Девушка ловила не раз себя на том, что ей иногда хочется нагрубить Софье Александровне, а в иной час — просто расплакаться от тех бед, что на нее свалились. Вот она и договорилась с местным доктором о посещении. Может, выпишет ей капли какие-нибудь для душевного покоя. Еще и снова корсет в области груди жать стал. А ведь она его сама шнуровала! Он был из удобных — с завязками спереди под грудью, не нужно никого просить, чтобы помогли одеть. «Походный» так сказать вариант.

Врач прибыл в съемную комнату девушки ближе к четырем часам.

— Ну-с, Дарья Мстиславовна, на что жалуетесь? — расположившись, первым делом спросил он.

Воробьева все рассказала без утайки. И про переменчивое настроение, и слабость общую, да боли в груди. Внимательно ее выслушав, доктор задал ей неожиданный вопрос.

— Прошу прощения, а когда у вас последний раз были красные дни? Ваши симптомы очень напоминают то, что им предшествует.

— Не держите меня за дуру, — фыркнула Дарья. — Не один раз они ко мне приходили, уж я-то знаю, что ощущаю перед этим.