Впрочем, сейчас мне было не до Совиной. Жалко, если она все же поменяла свое решение, но с другой стороны — зато я буду свободен от данного слова. И неизвестно еще, что там в ее бумагах будет. Может, ее данные устарели сильнее, чем я предполагаю.

Пока ехали до дома Скородубовых, я порадовался, что при ремонте поставили дышло для двух лошадей в упряжи. Иначе бы карету вместе с телегой-прицепом одна лошадь не потянула.

Девушки ждали только меня. Быстро попрощались с няней, оставили письмо для своего отца, и с радостными и предвкушающими лицами прыгнули внутрь кареты. Для них поездка в столицу — одно большое приключение. В отличие от меня, и даже прошлого Романа, они никуда дальше своей губернии не выбирались ни разу.

— Сколько народа едет, — прошептала Настя, когда мы добрались до почтовой станции.

Само здание было небольшим и имело обширное подворье — для стоянки дилижансов. Отдельно располагалось длинное здание конюшни. И сейчас все пространство подворья было заполнено людьми. Никогда раньше здесь я такого столпотворения не видел, хотя на почту приходил не раз. Человек сто — сто пятьдесят тут точно наберется, и это только те, кого я вижу. Примерно столько же вчера на приеме у Михайлова было, вот только там все чинно двигались, и гости прибывали постепенно, потому мы как-то и не обратили внимания на количество людей. Здесь же все суетились, всхрапывали кони, бегали мальчишки-разносчики, курили в стороне возницы, судача между собой… Ну и нужно понимать — одно дело, если бы эта толпа просто так собралась, на событие какое, и совсем иное — когда столько народа в путь отправляется. Ощущения абсолютно разные, что и произвело на мою невесту впечатление.

Приказав Тихону пока приткнуться куда-нибудь, сам я пошел искать адмирала. Надо подорожные забрать, да узнать порядок выдвижения. И самым логичным было его искать в здании станции.

Там народа тоже хватало, вот только Николая Карловича не было. Но оказалось, что это и неважно. Начальником нашей колонны был назначен некто Артюхов Георгий Витальевич. Он входил в свиту Краббе и отвечал как раз при нем за формирование маршрута, выправки документов и обеспечение всем необходимым в пути. Как я понял, если бы мы двинулись водным путем, то и тогда мне пришлось бы к нему обращаться, чтобы разместить свою карету на судне.

Георгий Витальевич был мужчиной около сорока лет в чине капитана второго ранга. Для начала он подробно опросил меня насчет кареты — ее технические характеристики: сколько лошадей впряжено, насколько они выносливы, есть ли проблемы у транспорта, которые могут вызвать его поломку. Далее записал имя моего кучера, приказав отправить его к некоему Ивану Куренкову — старшему среди возниц. Ну и лишь затем передал мне подорожные на меня и на сестер Скородубовых.