* * *

Исполнив песню, я ждал всякой реакции. Надеялся если не на восторг, то хотя бы на одобрение. Но учитывал и то, что песня может просто «не зайти». А кто-то еще и осуждать будет. Поэтому к легкому уколу критики, мол что я понимаю в любви и войне, коли сам их не «испробовал», отнесся спокойно. Но вот дальше люди сделали вид, словно забыли про исполнение. Сначала меня это озадачило. Потом расстроило — все-таки песня в моем детстве реально была хитом и ее знает вся страна. Но под конец вечера, когда люди стали расходиться, я стал замечать на себе их взгляды. Песню никто не забыл. Просто отложили ее обсуждение на «потом». Переваривали. Тут ведь снова ритмика была не той, как в современных романсах, и наполнение смыслом — тоже выбивающееся из ряда нынешних композиций.

Запоздало я подумал, что хорошо, что куплетов в песне всего два и припев довольно простой. Никто не усомнился, что песня пришла ко мне, как «озарение».

Единственный человек, на которого композиция произвела неизгладимое впечатление — Настя. Прям до слез ее довела. Я сначала не понял, с чего такая реакция, а затем до меня дошло — ведь строки очень подходят к нашей текущей ситуации. Вот же ж… получается, я и не особо соврал, когда про вдохновение говорил. Все же подсознательно я именно так стал воспринимать наши отношения с Настей, потому хит «Агаты Кристи» у меня и всплыл в памяти.

Но подходить ко мне с разговором о песне в этот вечер Настя не стала. А утром мы отправились снова в путь. К вечеру уже должны добраться до Тамбова.

* * *

Поместье Винокуровых

— Сочувствую твоему горю, — вздыхал Сергей Александрович.

— Хорошо, что вскрылось все сейчас, — мрачно говорил Леонид Валерьевич, прихлебывая чай.

После договоренности с Большедубовым о разрыве намечающейся помолвки, медлить Уваров не стал. Ведь кто первым донесет эту весть соседям в подходящем для себя ключе, тот и будет в выигрыше. Поэтому и направился мужчина к старому другу на нем «обкатать» тот костяк своих доводов и объяснений, который позже в таких же приватных беседах расскажет иным дворянам их уезда. Опять же — все в рамках устного договора с Иваном Васильевичем.

— Интересная какая выпечка, — желая отвлечься, заметил Уваров.

Вместе с чаем принесли несколько разноцветных пирожных. Именно цвет и отметил Леонид Валерьевич.

— Вот, Роман задумал красители делать, да в еду их добавлять, насколько возможно. И рецепты потом записывать самые удачные, — охотно поддержал смену разговора Сергей Александрович. — Сейчас помощница Марфы над этим корпит. Представляешь, один краситель из свеклы делается, так она его в пирожные добавила и те свеклой стали отдавать! — хохотнул помещик.