Разговор у нас получился спонтанным, я к нему не готовился. Вот от неожиданности и сказал почти все, что думаю.

Выдохнув, я собрался и отринул прочь дурные мысли. Да, Николай Карлович застал меня врасплох своим вопросом, но это не повод себя накручивать. Однако этот разговор не прошел бесследно.

На вечерних посиделках сам адмирал не присутствовал, зато я заметил перемены в темах разговоров. Офицеры вдруг стали гораздо больше делиться историями о своей службе, перемежая байки с реальными происшествиями. Не унялся адмирал! И кое-что из нашего разговора вынес. Я же ему сказал, что у меня строки в голове всплывают, когда слышу рассказы про нечисть, а он видать решил взять этот процесс под свой контроль. И со своей свитой поговорил, от чего сейчас те мужиков от разговора мягко отодвинули. Не затыкали рот, но не давали сменить тему. И вот то артиллерист Михаил Семенович рассказывает, как во время боя враг попал ядром по палубе, и пару матросов контузило — из-за чего оставшемуся в одиночестве у пушки канониру пришлось все операции по заряжанию лично проводить. Или другой офицер вспоминал, как экипаж корабля высадили в подмогу пехоте в обороне крепости. Как свистели пули над головой тогда, что поднять голову было невозможно, а враг этим воспользовался и подобрался почти к самым стенам своим десантом.

— Хорошо у нас бомб хватало для пушек. Решили их просто скинуть на голову вражинам — ох и любо получилось! — улыбался офицер в звании капитан-лейтенанта.

Перед моими глазами, как и остальных слушателей, не участвовавших в войне, вставала картина жестокой и кровавой битвы. Где в любое мгновение жизнь могла оборваться от случайного попадания пули или прилетевшего снаряда. И задумка адмирала сработала. Сама собой из моей памяти всплыла песня группы «Ногу свело» — «Идем на Восток». Руки зачесались взяться за гитару, и на этот раз я не стал себя останавливать.

— Хотите что-то исполнить, Роман Сергеевич? — обрадованно спросил Георгий Витальевич, который тоже сидел с нами, но больше помалкивал.

— Да, — кивнул я в ответ. — Если вы позволите. Навеяло вашими рассказами.

Взяв гитару, я ее немного настроил под себя, и запел:

— Молчит полумесяц

И снова с Востока

Таинственный ветер подул…

Молчит полумесяц

И снова идут на войну

Петербург и Стамбул…

Начало было размеренным. На этот раз мы были не на подворье старосты, а на околице, поэтому и костер развели. И сейчас все собравшиеся люди внимательно прислушивались к словам.

— Висит старый месяц

Не хочет, проклятый

Никак превращаться в луну…

Он слушает песни