— А помимо этого?

— Роман, — мягко взяв меня за руку, произнесла мама, — даже если ты ему снова картину нарисуешь, он не обидится. Не переживай так. Ему важнее — что ты о нем помнишь, и для рода стараешься. Что ты — его опора. Не многие могут похвастаться, что умных и надежных наследников воспитали. Ты — его гордость.

Да уж. Не очень-то мне ее совет помог. Хотя насчет трубки или пепельницы — это хоть какой-то вариант. У меня-то и такого не было. Но и то и другое у нас не добудешь. Надо в Дубовку ехать. А мне не хочется. Наколесился. С другой стороны — будет повод заодно к Прокопию зайти и поговорить насчет обучения Михайло. Хотя бы в рамках «повышения квалификации» у нашего плотника. Зачем передавать все мастерство, когда нам и частички хватит? И по другим аспектам ремонта кареты поговорить. Слесаря найти, к примеру, чтобы рессоры поменял, да печки установил. Короче, дело в Дубовке я себе найду, просто тратить время на дорогу не охота.

Оставался еще один вариант узнать, что подарить отцу — спросить у него напрямую.

Папа привычно сидел в своем кабинете. Иногда мне кажется, что он запирается там не только и не столько для работы, сколько чтобы его поменьше доставали те же близнецы. Вот уж у кого «моторчик в попе»! И меня бы донимали, если бы Корней их не выматывал тренировками утренними. Готовит к кадетскому училищу. Да и мама в них вкладывается, но уже по умственной части — чистописание, литература, цифирь — всему этому она их учит, да Людмилу к делу привлекает.

— Идеи новые появились? — выгнул бровь папа, когда я зашел. — Или что-то сказать хочешь после своей поездки в мастерскую?

— Спросить хочу, — помотал я головой. — Что тебе подарить?

— О как, — крякнул он. — Неожиданно.

— Просто я вдруг понял, что мало о тебе знаю, — развел я руками и решил «рубить правду-матку».

Ну и поделился своими мыслями. Тот удивленно покрутил головой после моих откровений и задумался.

— Ну вот, — начал он пару минут спустя, — мы с тобой стрелять ходили. Мне понравилось. Если ты и мне револьвер или лучше ружье подаришь — я буду рад.

В том, что у меня деньги на это имеются, он не сомневался. Раз уж я думаю о ремонте кареты, то какие могут быть сомнения?

— Поздно, — вздохнул я, — тебе уже другие это подарят. Только не спрашивай, кто, не хочу портить сюрприз, — поднял я руки.

Папа лишь в усы улыбнулся. А что тут спрашивать? Итак ему все понятно. Эх, прав был Владимир Михайлович! Оружие надо было подарить. Я тут же и уточнил у отца — а как так получилось, что он раньше им не обзавелся?

— Все в лесопилку уходило, — вздохнул он. — Я — не ты. Деньги к моим рукам не липнут. И талантов их чуть ли не из воздуха получать не имею.