— Ну-ну, это лишнее. — Кречетов уселся на один из стульев и, закинув ногу на ногу, закурил сигарету. Кардинал не выказывал ни малейшего удивления развязными манерами бывшего офицера.
— Присядьте и вы, господа, — предложил Дунстан. — Касательно вас, Кирилл Бенедиктович, я уже изрядно наслышан, а вот вы, отец Климент, можете быть свободны. Это дело вне вашей компетенции.
— Нет уж, — упрямо ответил монах, — если позволите, я предпочту остаться.
Кардинал пожал плечами.
— Я мог бы настоять. Но зачем? Раз уж вы так хотите влезть с головой в эту историю, пожалуйста. Но потом не жалуйтесь и не говорите, что я не предлагал вам уйти, когда еще было можно.
Климент демонстративно сел на свободный стул. Мне даже показалось, что монах с удовольствием закурил бы и сам, но просить сигарету у Кречетова не стал. Я же остался на ногах, единственный из всех. Оружие я тоже прятать не спешил, решив, что отныне никому больше на слово не поверю. А значит, пока каждый из здесь присутствующих, за исключением разве что отца Климента, не докажет свою невиновность, я считаю их преступниками, причем из тех, для которых наказание может быть только одно — смерть.
— Ваше право, — правильно понял меня Дунстан, — можете стоять, сколько пожелаете. Главное, слушайте! Теперь позвольте представить вас друг другу.
— Мы уже знакомы, — не понял я.
— Не совсем, — улыбнулся кардинал. — Дело в том, что, помимо всего прочего, господин Кречетов — агент церкви. Наш агент. Кажется, на вашем профессиональном жаргоне это называется «двойной игрой»? Или даже тройной? Дитмар Васильевич, расскажите Кириллу Бенедиктовичу, на кого вы еще работаете.
— О! — еще более широко, чем кардинал, заулыбался Кречетов, выпуская в воздух порцию ароматного дыма. — Заказчиков у меня много. Первый, но не самый основной — известная вам компания «Механикс», наделившая меня весьма значительными полномочиями, среди них значилась и доставка особых гальванических ванн, представляющих собой сверхсекретные устройства для воспроизведения человеческих копий — тех самых дубликатов, с которыми вы уже успели познакомиться. К сожалению, в «Механикс» не полностью доверяли мне, несмотря на долгое наше сотрудничество. Поэтому для контроля назначили кого-то другого, неизвестного мне человека, гораздо более сильно законспирированного, чем я предполагал...
— Знаю, — довольно грубо прервал его я. — Это был Семенов. К сожалению, он уже мертв.
— Даже так? — удивился Кречетов. — Сам Семенов, бравый риттер, правая рука барон-капитана. Чем же они его купили, хотел бы я знать... Ну да уже не важно... Итак, продолжим. Вторым по счету, но не по значимости, был господин Серафимов, решивший, что я работаю исключительно ради его интересов. Что ж, в этом он ошибался.