Словно сумерек наплыла тень,
Толи ночь, толи день.
Так сегодня и для нас с тобой
Гаснет свет дневной.
— Может, для примирения потанцуем? — Предложила Наташа и протянула мне свою пухленькую ручку.
— Ради мира во всём мире, сплясать святое дело, — хмыкнул я.
* * *
— Нарушили всё же спортивный режим, — недовольно бурчал я, расправлял свою кровать. — Договаривались же — гуляем до десяти, а сейчас уже половина двенадцатого. Финны, между прочим, если завтра опарафинимся только спасибо скажут.
— Здорово ведь повеселились, — возразил Боря Александров. — Мне даже Вера намекала на это самое, на продолжение банкета.
— Естественно, ты у нас молоденький красавчик, а мне старику Натали ни на что не намекала. — Я тут же вспомнил, как парикмахерша из гостиницы во время танца усиленно разминала мою прокаченную спортивную задницу и многозначительно смотрела в глаза. — Да я бы и не пошёл, и тебя бы не отпустил. А ещё у меня есть Ирина, и наши с ней отношения не пустой звук.
— Ну, хорошо, — согласился Боря. — Как ты представляешь дальнейшую вашу совместную жизнь? Она постоянно на гастролях, ты на сборах и выездах. Это что же семья такая у вас получится?
— Зато у нас будет много долгожданных встреч, и мы не успеем друг другу примелькаться перед глазами. И вообще, не о том сейчас думать надо. Что-то мне подсказывает, как Севу Боброва быстро главным назначили, так могут быстро и убрать, если случайно вничью с кем-нибудь сыграем, или не дай Бог проиграем. Ты не забывай, у нас сначала финны, потом чехи, далее 20-го разминка на молодых шведах и 21-го опять чехословаки, которые сейчас очень сильны.
— Мы тоже сильны, — пробормотал Борька Александров, забираясь под одеяло.
«Что же там было в реальной истории? — подумал я, напрягая память. — Тогда сборная СССР неожиданно проиграла финнам 2: 4, и это был последний матч для вратаря Вити Коноваленко. Вторую игру у чехов выиграли 5: 2. А потом им же проиграли в товарищеской игре 1: 3. Если мы так же выступим сейчас, то вылетим из сборной пулей вместе со всеми новаторскими наработками и главным тренером Севой Бобровым. Значит, биться нужно как в последний раз».
Глава 17
Недавний выпускник факультета международной журналистики МГИМО Эдуард Беркутов, которого распределили в журнал «Спортивные игры», накануне хоккейного турнира на приз «Известий» получил странное предложение: написать критическую статью о выступлении сборной СССР. Он, конечно, сразу поинтересовался — почему именно критическую, ведь турнир ещё даже не стартовал? На что получил простой ответ, что если тебе не нужна премия в размере месячного оклада, то мы найдём другого. Премия тем более в размере оклада Эдику Беркутову была крайне необходима, поэтому вооружившись ручкой и блокнотом, он поспешил во дворец спорта центрального стадиона имени Ленина, где в восемь часов вечера должны были скрестить клюшки сборные Финляндии и СССР.