Харламов немного зазевался и упустил нашего юного гения прорыва, а Рагулин хоть и имел размеры сопоставимые со мной, но уже в силу возраста скоростные качества свои растерял. Зато длинные руки и длиннющая клюка помогли Александру Палычу перекрыть нашему нападающему лазейку через борт. Ну и Александров побежал обыгрывать Рагулина в центр. А такие фокусы могли закончиться больничной койкой, ведь защитнику достаточно сделать лишь шаг навстречу, чтобы сломать нападающего, я такого ещё за океаном насмотрелся выше крыши.

— Куда, б…ь! — Только и успел я выкрикнуть, как «Малыш» в самый последний момент ускользнул от армейского великана.

— Давай, шайбу! — заголосили болельщики на трибунах, видя, как Александров выскакивает один на один с Третьяком. — Шайбу давай!

Мы же со Скворцовым, как и остальные игроки ЦСКА, припустили следом. И как Александров стал обыгрывать вратаря армейцев, из-за маячившего передо мной Цыганкова я не рассмотрел. Я лишь услышал разочарованный вздох трибун и увидел шайбу, которая отлетела по центру на Гену Цыганкова, который тоже этого не ожидал и заковырялся. Я резко подбил клюшку армейского защитника вверх и следующим движением подкинул шайбу так, что она парашютиком опустилась за распластанным на льду Третьяком прямо за линией ворот ЦСКА.

— Гооол! — Взревели трибуны, и грянула наша победная музыка.

— Ну вот, это уже на что-то такое, о чём я всегда не устаю повторять — похоже, — довольный как кот, проговорил Бобров, поздравляя нас на скамейке запасных.

— Ещё раз пойдешь обыгрывать в центр, я тебе уши оттяну как у слона, — шепнул я «Малышу», который себя уже видел в свитере сборной СССР-2.

— Но я же проскочил? — Обиделся на меня «пионер».

— А если бы Рагулин ногу вперёд выставил, колено твоё вылетело бы к чёртовой матери, — напихал я Александрову, и чтобы ему было не так горько, то же самое я втолковал и Сашке Скворцову.

После забитой шайбы у нас как будто лопнула невидимая струна, что мешала раскрепощенной и красивой игре. ЦСКА стал часто ошибаться, а мы наоборот наседать. Если наш наставник Сева Бобров не преставал повторять молодцы-молодцы, и широко улыбаться, то тренер ЦСКА Анатолий Тарасов ходи красный, как помидор и орал на скамейке запасных на всю свою команду. Из-за чего буквально через смену, я со своими «пионерами» запер первую армейскую пятёрку в их зоне защиты.

— Двигай шайбу! Не застаивайся! — Орал я, чтобы моих молодых ребятишек по бортам не размазали.

— Рагулин! Тридцатку с пятака убери, б…ь! — Пытаясь перекричать бурлящие трибуны, от своего борта приказывал Тарасов. — Убери, б…ь, тридцатку!