— Благодарю, — сухо кивнул отец. — Ты проводишь меня, или мне самому искать дорогу к выходу?

Он был неисправим. Но я твердо решил держаться. Хотя бы для того, чтобы не стать на него похожим.

— Конечно, — кивнул я и тоже поднялся.

После прохлады кабинета летнее тепло показалось особенно приятным. Или это было облегчение от того, что отец сейчас уедет?

Анна Владимировна увлеченно беседовала с Игнатом, склонившись над грядками клубники.

— Александр Васильевич, — сказала она, увидев нас. — Вы знаете, что ваша вишня в опасности? Вот, посмотрите!

Не обращая внимания на отца, который нетерпеливо хмурился, она подвела меня к дереву. Встала на цыпочки и притянула к себе нижнюю ветку.

— Видите?

Девушка показала мне на бурые пятна, которыми были густо усеяны продолговатые листья.

— Если оставить все, как есть, дерево может погибнуть.

Мне было жаль старую вишню. Судя по толщине ствола, она росла в этом саду еще до моего рождения и каждый год исправно приносила крупные и сладкие темно-красные ягоды.

— Это лечится? — спросил я.

— Конечно, — уверенно кивнула Анна Владимировна. — Нужно только ваше разрешение.

— Прошу вас, — без колебаний кивнул я.

— Это займет несколько минут, — предупредила Гораздова. — Мне нужно поговорить с деревом.

Мы отошли на несколько шагов. Анна Владимировна обняла вишню. Закрыла глаза, прижалась лбом к гладкой коре и некоторое время стояла без движения. Мы молча смотрели на то, как сильный маг природы творит свое волшебство.

— Вот и все, — сказала девушка, открывая глаза. — Теперь дерево будет здорово.

— Благодарю вас, — улыбнулся я.

И тут что-то случилось.

Глаза Гораздовой изумленно распахнулись. Она вздрогнула, словно ее ударило молнией. А потом, не разжимая рук, осела на землю.

Отец первым бросился к ней.

— Аня, что с тобой?

— Игнат, воды, — быстро сказал я. — В кабинете есть графин.

— Не нужно, — слабым голосом сказала Гораздова. — Сейчас все пройдет.

Отец держал ее под руки, потом помог подняться.

Все же, я сам сходил за водой — так было быстрее.

— Благодарю вас, — кивнула Гораздова, принимая стакан.

Она была бледна и смотрела в землю, словно напряженно думала о чем-то.

— Что с вами случилось? — спросил я. — Это последствия вашей магии?

— Нет, — ответила Анна. — То есть, да.

Она посмотрела на меня. Потом перевела взгляд на отца и снова опустила глаза.

— Мне уже лучше, благодарю. Наверное, нам нужно ехать.

— Да, — нетерпеливо сказал отец. — Но если тебе нехорошо, мы можем остаться. Я предупрежу Игоря Владимировича.

— Не нужно, — покачала головой Гораздова. — На свежем воздухе мне станет лучше.