— А что он может сказать? — хмыкнула ведьма. — Осмотрел его, пощупал пульс, развёл руками. Сказал, что физически тролль здоров, если не считать полного истощения как после тяжёлой болезни. Но почему он не просыпается — для него такая же загадка, как и для меня. Это магия, герцог. Сильная, древняя магия, которую он разбудил в себе. И она его сжирает.

Тут она была права.

Тайфун же был не просто троллем.

Магия работала в нём, потому что у него была кровь древних титанов. Он смог управлять стихией, он мог сам быть стихией. Но чтобы выиграть для нас бой, он пожертвовал собой.

Он отдал всего себя, до последней капли. И теперь его сознание просто… растворилось.

С другой стороны — он же жив, значит шанс есть.

Я положил руку на грудь тролля. Кожа была холодной, как камень. ЧерезРой я едва мог нащупать его присутствие. Он был там, где-то очень глубоко, как огонёк свечи на дне бездонного колодца.

— Мы не можем его так оставить, — сказал я твёрдо. — Должен быть способ.

— Ну, я пробую все методы, — вздохнула Бреггонида. — Все мои ритуалы, все зелья. Его тело их принимает, а вот его беспокойный дух не отзывается. Мне трудно такое говорить, но тут нужно что-то… или кто-то… кто разбирается в таких вещах лучше нас.

— Фомир?

Она отчетливо и громко фыркнула, давая понять, что маг так же бессилен, как и она и даже больше.

— Нет… Не знаю, герцог. В общем, я поищу, что ещё можно придумать, а пока сделаю парочку ритуалов, помогу другим раненым и спатушки. Я всё же женщина старая, мне это всё трудно даётся.

И всё же её слова заставили меня кое о чём вспомнить.

Кто-то, кто работает не с жизненной силой, а с её отсутствием.

Её слова ударили меня, как молния.

Кто-то, кто работает с отсутствием жизни. Некромантия. Запретные знания. Само собой, у меня в армии не было некромантов. Ну, если говорить про живых, которые берутся повелевать мёртвыми.

Решение пришло мгновенно. Оно было рискованным, безумным, но это был единственный шанс. Я не мог позволить себе потерять Тайфуна. Он был не просто оружием. Он был мне дорог.

— Продолжай делать то, что делаешь, — сказал я ведьме. — Не дай ему угаснуть. Я попробую кое-что.

Бреггонида проводила меня удивлённым взглядом, но ничего не спросила. Она была слишком умна, чтобы задавать лишние вопросы.

Я вышел из лазарета. Начинало темнеть. Город, переживший за день штурм и бурю, затихал, погружаясь в тревожную ночь. Но для меня она только начиналась.

Глубокая ночь окутала Фелзень.

Луны не было видно, и только звёзды тускло мерцали в бархатной черноте неба. Лагерь спал, выставив усталые караулы. Я дождался, пока утихнут последние звуки, пока даже самые стойкие ветераны не отправятся отдыхать. Мне нужна была полная секретность.