Но было уже поздно. Их ряды врезались в мои порядки, как волна в скалу.
Закалённая в боях пехота «Штатгаля» работала как единый механизм — стена щитов принимала на себя удар, а из-за неё наносили удары длинные копья. Стрелки перенесли направление стрельбы и сейчас осыпали потерявшую строй пехоту противника навесным огнём из-за спин своих.
Я активировал массовый буст, бросив все силы на то, чтобы моя пехота «стояла», была бодрой, сильной, стойкой, быстрой и не знала усталости.
Орки принца Ги действовали иначе, подпускали к себе врагов, а потом начинали зверски орудовать своими огромными топорами, превращая стройные ряды пехотинцев в кровавый фарш.
Эммей попытался спасти положение.
Его фланги дрались на достаточно узком пространстве, где их численность не могла иметь решающего значения. Тогда он бросил свою лёгкую конницу, стоявшую в резерве, в обход левого фланга, а лёгкую пехоту в центр, на подмогу гибнущей коннице в центре.
Это была ошибка, совершённая из эмоций, без просчёта ситуации. Отчаянная, глупая ошибка.
Теоретически лёгкая пехота могла легко обойти ловушки и ямы, и это действительно произошло. Однако лёгкие пехотинцы, пытаясь пробиться к застрявшим рыцарям, только создали ещё больший хаос и мешали тем выбраться из центра. Они смешались с конями, нарушили их строй и моментально попали под огонь моих арбалетчиков и лучников Ги, которые теперь стреляли почти в упор.
Конница, видя, что фланговая атака захлебнулась, предприняла последнюю отчаянную попытку. Часть рыцарей, сумевших выбраться из кровавой бани в центре, попыталась развернуться и ударить по моему левому флангу, по оркам Ги. Но они упёрлись в преграду, наткнулись на вторую линию ловушек. Дело в том, что ежи стояли не только между центром и флангами, но и по границам самих флангов, то есть прямо среди моей и умарской пехоты. И стоило лишь освобождённой от магической ловушки пехоте отодвинуться, следуя командам своих офицеров, как новые ряды противотанковых ежей и замаскированных рвов, которые мои сапёры предусмотрительно выкопали и на флангах, тут же встретили уставшую конницу.
Глава 23 Гоблины и эльфы
Лёгкая конница, которая обходила левый фланг получила хорошую порцию стрел, безуспешно ударила по щитам и отхлынула.
Поскольку полки, принимающие лобовой удар, справлялись сами, я отдал вполне закономерный приказ задней части флангов, на смыкание.
Мои фланги, тыловая их часть, которая пока что только стояла и ждала своего момента, двинулась вперёд.
Я чувствовал лёгкую панику принца Ги, однако и он выполнил приказ. Он считал, что когда мы потеряем передние ряды своих флангов, удар должны принимать задние.