Гном не посчитал нужным отвечать. Как большинство гномов, особенно моих гномов, то есть с криминальным прошлым, он был молчаливым и мрачноватым, зато решительным и деятельным.
Всё было готово. Ловушка взведена. Осталось только дождаться, когда мой противник сделает свой ход.
Генерал Эммей не стал долго ждать. Он был солдатом, а не политиком, и предпочитал решать вопросы быстро и решительно. Протяжный, низкий рёв боевых рогов прокатился над долиной, и его армия пришла в движение.
Но двинулась не вся армия. Как я и ожидал, его пехота на флангах осталась на месте, превратившись в нерушимые коробки. Они были уверены, что их участие понадобится, только когда я стану терять свой центр.
Для начала вперёд отправился малый отряд лёгкой, словно гарцующей, играющей, пританцовывающей конницы. Они дошли до моих щитовиков и осыпали их градом стрел, которые, впрочем, не достигали целей.
В ответ мой центр, в котором было чрезвычайно дохрена лучников, пальнул в ответ, выбив одномоментно четверть конников (всё же быть лёгкой конницей имело свои слабые стороны) и ранила часть коней, так что те из конников, которые не погибли, а лишились лошадей, немедленно стали отступать (драпать) в сторону своих флангов.
А отходили они, значит, чтобы не мешать рыцарям ударить по нам.
Некоторые конники, подносили ко ртам какие-то артефакты, вероятно, докладывая командирам об увиденном в центре. Или точнее, о неувиденном. В центре, в видимой его части, не было ежей.
И тогда, когда лёгкая конница отступила, выполнив свою роль, раздались громкие и весомые звуки медных труб.
Вперёд с пугающим грохотом двинулся центр. Огромный, массивный клин из двух тысяч рыцарей, закованных в тяжёлую броню. Солнце отражалось от их полированных шлемов и щитов, создавая ослепительное зрелище.
Они двинулись сначала шагом, сохраняя идеальный строй. Земля загудела под тысячами тяжёлых копыт. Затем они перешли на рысь. Гул усилился, превратившись в низкочастотный рокот, от которого, казалось, вибрировал сам воздух. Напряжение на поле боя достигло своего пика.
Копья опустились «в горизонт», ища своих жертв.
— Смерть сегодня будет сытой, — прошептал я себе под нос.
Глава 22 Удар
Мои солдаты какое-то время стояли неподвижно. Лучники принца Ги натянули тетивы, сапёры приготовились к отходу. Все ждали.
И вот, когда до наших позиций оставалось меньше сотни метров, прозвучал новый сигнал рога. И рыцарский клин перешёл в галоп.
Это было похоже на землетрясение. Даже скорее на цунами. Стальная лавина, несущаяся на мой кажущийся таким хрупким и беззащитным центр. Две с половиной тысячи тяжёлых рыцарей, элита Бруосакской армии, обрушились на нас. Рёв их голосов, смешанный с грохотом копыт, был оглушающим. Их копья, опущенные наперевес, превратились в лес стальных жал, готовых пронзить, разорвать, уничтожить.