Государственная измена. Трибунал. Столица.
Это конец. И Эрик, мой бывший товарищ по несчастью, пришёл, чтобы лично стать моим трансфером на эшафот.
Свиток с королевским указом в руках Эрика казался насмешкой. Тонкий пергамент, способный перечеркнуть всё, за что я боролся, всё, что я построил. В мёртвой тишине зала, наполненного ледяными статуями моих лучших воинов, я чувствовал себя актёром на сцене, которому только что зачитали смертный приговор.
Государственная измена. Трибунал. Пьённистар. Звучало как эпитафия.
Но вообще-то фигуры всё ещё на доске, игра продолжается.
Глава 7 На карту поставлена грязная кофейная кружка
Но первоначальный шок, ледяной иглой впившийся под рёбра, быстро прошёл, сменившись холодной, звенящей яростью. Я не был тем новобранцем, которого только попал в мир Гинн, кого можно было вот так просто взять и увести на плаху. Я прошёл через огонь, горы, леса, революции, оборону стен, подземелья, проклятые болота и густую кровь представителей всех рас.
Я взял замков больше, чем любой лорд в Маэне, а мои военные достижения и способности превосходят кого угодно из королевских генералов обеих воюющих сторон.
Я смотрел в лицо смерти столько раз, что перестал её бояться. И я точно не собирался сдаваться по приказу короля-нарцисса, переданному через бывшего друга, который променял наше общее прошлое в казармах крепости Двух лун на тёплое место у трона.
Я медленно выдохнул, выпуская пар в морозный воздух. И улыбнулся.
Не буду забывать и про личное покровительство одной богини с вредным характером и статус «божественного героя».
Вот только я этот аргумент уже использовал. Что они придумают ещё?
— Серьёзные обвинения, лорд-советник Эрик, — мой голос прозвучал спокойно, даже с ноткой веселья. Я видел, как его глаза чуть сузились. Он ожидал чего угодно: гнева, страха, отчаяния. Но точно не моей улыбки. — Государственная измена… звучит помпезно. Наверное, сам магистр Тарольд формулировки подбирал? У него всегда был талант к драматическим эффектам.
Я сделал шаг вперёд, демонстративно игнорируя пятерых магов, чья сила всё ещё сковывала моих людей. Я смотрел только на Эрика.
— Есть только одна небольшая проблема в твоём безупречном плане, — продолжил я, понизив голос до заговорщицкого шепота. — Ты не можешь его исполнить.
Эрик молчал, но я видел, как в его глазах мелькнула тень сомнения. Он был слишком умён, чтобы просто отмахнуться от моих слов. Он знал меня. Знал, что я не стану блефовать в такой ситуации.
— Видишь ли, если ты забыл, я имею статус божественного героя и соответствующую защиту, которая, к примеру, не даёт твоим мальчикам и девочкам… не знаю уж кто у вас там, кто… короче, вы же не смогли меня заморозить.