Фомир хмыкнул, он явно хотел припомнить гному, что в войне гномов и орков, гномы трупы орков обычно сжигали, но спорить не стал.
Он был циником, но не дураком, и прекрасно понял мысль Хрегонна. Политика. Даже после боя она никуда не девается.
— Ладно, — пробормотал маг, доставая из-за пазухи флягу и делая большой глоток. — Ваша взяла, моралисты. Но могильные камни — это всё равно лишнее. Простые деревянные столбы. Дешёво и сердито.
— Камни, — твёрдо сказал я. — Два большим камня. Простые, но добротные. Одинаковые по стилю. И для наших, и для чужих. Пусть единственным отличием будет надпись. «Воины Штатгаля, павшие при защите Вальяда». И «Воины герцога Гуго, павшие при штурме Вальяда».
Хрегонн одобрительно кивнул:
— Это произведёт впечатление.
— На это и расчёт, — я хлопнул Фомира по плечу. — Смерть всех уравнивает.
Маг что-то проворчал себе под нос и побрёл в сторону казарм. А я посмотрел на Хрегонна. Нам действительно предстояло ещё много работы. И похороны были только её началом.
Глава 5 После игры (Aftermath)
Работа закипела.
Мои солдаты, привыкшие к труду и крепко наученные концепции о том, что «пот экономит кровь», а также обычной, но такой ценной в критических ситуациях дисциплине, без лишних слов принялись за тяжёлую и неприятную задачу.
Они стаскивали тела в ряды, отделяя своих от чужих. Зрелище было не для слабонервных, но война быстро стирает брезгливость.
Новость о моём решении быстро разлетелась по городу, поэтому и реакция не заставила себя ждать. Ко мне подошла делегация из нескольких пожилых женщин, закутанных в тёмные платки. Они оказались членами местного похоронного общества — женщины, которые провожали в последний путь всех жителей Вальяда.
— Сэр герцог, — начала самая старшая из них, низко склонив голову. — Мы слышали Ваше намерение похоронить павших. Это… благородно. Мы хотели бы помочь. У нас есть травы для омовения, белые саваны… Мы знаем ритуалы, которые нужно провести, чтобы богиня смерти Клегга приняла души павших и не позволила им остаться неприкаянными призраками.
Я с удивлением посмотрел на них, ведь в своём решении я не рассчитывал на помощь горожан в этом деле.
— Я буду благодарен, — искренне ответил я. — Делайте всё, что считаете нужным.
Женщины молча кивнули и разошлись, отдавая распоряжения. Вскоре к сбору тел присоединились и горожане. Они работали молча, с мрачной сосредоточенностью.
Уже после распределения тел (и в разумной степени — мародёрству, которое делалось с немецкой, имени Мейнарда, педантичностью) местные омывали тела павших врагов с той же тщательностью, что и тела своих защитников, заворачивали их в чистые белые простыни.