Стрела из лука, угодив в нагрудник Дэйта, отскочила, он парировал древком удар шестопера, воткнул острый шип полэкса под шлем противника. Сержант, который теперь дрался рядом, рубя и коля мечом — как только появилось мгновение передышки, схватился за свой проклятый рог.
Рев волной накрыл сражающихся, пробудил подземелья, отправляя сигнал Харги.
Вперед. Только вперед. Все ближе. Через сталь, кровь, трупы, хрипы и ругань. Мельтешили факелы, и по влажным стенам пещеры танцевали тени, точно это шаутты, желающие насладиться гибелью людей.
Третий мост был уже совсем рядом, когда их строй все-таки смогли прорвать, и теперь Дэйт дрался спина к спине с треттинцем против четырех рыцарей, носивших цвета кузена герцога.
Свои сражались со своими, ненавидя друг друга.
Против Дэйта выступили два гиганта в стальных доспехах. Один с секирой и щитом, другой с шипастой «утренней звездой». Они были опытными, и лишь благодаря длине полэкса милорд да Лэнг оставался жив. Сбив их первый натиск, он смог удержать врагов на расстоянии, а затем сам перешел в атаку. Но проклятый щитоносец прижал его к стене, чтобы напарник смог добить. Выручил неизвестный стрелок. Болт, прилетевший из мрака, найдя брешь, вошел под мышку воину, уже замахнувшемуся «утренней звездой». Удар, который должен был раздробить Дэйту предплечье, сместился, и попал по камню.
Командир «Дубовых кольев» тут же ткнул острием полэкса во врага, рухнувшего на колени. Боевой молот порвал сталь, точно бумагу. Смял шлем, сорвал наплечник, пробил нагрудник, прежде чем второй рыцарь успел прийти на помощь соотечественнику.
Впрочем, ему не пришлось задуматься о мести — Дэйт не дал уцелевшему опомниться: пяткой полэкса ткнул под наколенник, перехватил древко, метя острием в шлем — и, когда враг закрылся щитом, ловко подцепил его ногу крюком, дернул, опрокидывая на землю. Обрушил молот, который оставил вмятину на выставленном щите. Остервенело ударил второй раз, третий, ломая и щит, и руку. В ярости он воткнул острие между сочленений, навалившись всем весом, провернул, слыша из-под шлема дикий вой.
— Еретик! Проклятый еретик! — К нему бросился очередной воин.
«Так вот кто мы для них, — устало подумал да Лэнг. — Еретики, поклоняющиеся Вэйрэну и отвернувшиеся от Шестерых».
Полэкс застрял в деформировавшихся доспехах, и Дэйт шагнул влево, избегая удара… В этот момент шлем на его голове взорвался и рассыпался тысячью звезд.
Глава седьмая Золотая клетка — Я могу помочь вам, — сказал добрый таувин Эоген, заглянув в глубокий колодец и увидев в нем плененного шаутта. — Избавить вас от этого зла. — Чем ты можешь нам помочь? — рассмеялись жители деревни. — Он пойман в ловушку, и теперь мы заработаем на нем много марок, показывая его всем зевакам. Демон больше не опасен. — Из любой клетки можно выбраться, — возразил им Эоген, но они прогнали его. И рыцарь ушел. А потом случилось так, как он сказал. Правдивая история рыцаря Эогена, славного таувина, грозы асторэ