И они пришли. Неровные, угловатые фигуры в бинтах, в золотых украшениях, с телами, что были ее телом, с зубами, что были ее зубами. А потом все стало так, как она приказала…
— Это не конец, — сказала Бланка через несколько долгих минут молчания, после того как Ярел, а точнее, его тело встало с обнаженным мечом возле входа, защищая их от любого зла. Она где-то потеряла повязку и теперь смотрела на Шерон двумя провалами, уродовавшими ее прекрасное лицо. — На улицах остались сулла. И… еще кто-то.
— Еще кто-то? — устало спросила Шерон. Как и после того боя в Эльвате, она очень хотела спать. Слишком много сил оказалось потрачено.
— Другой. Не похожий на них. И сильный.
Лавиани вертелась точно треттинская юла. Она была везде, но существо, даже раненное ее талантом, не отступало. Оно едва не убило сойку и теперь, загнав в угол, пыталось схватить, а его лицо, так похожее на лицо ее сына, напоминало зловещую посмертную маску.
Каждый раз черная лапа запаздывала лишь на мгновение, но сойка понимала, что долго так продолжаться не может. Нож не причинял этой гадине никакого вреда, снова выбивая из тела лишь несколько насекомых.
А затем ее просто взорвало от злости, от нахлынувшей ненависти, от которой она взвыла, перекрывая даже ветер, что ревел на улице. Сулла исказился, стал сжиматься и осыпался на пол тысячами пестрых крылышек, оставшихся от саранчи.
Человек в черном остановился в десятке шагов от сойки, словно сомневаясь, что может подходить ближе.
Лавиани трясло, гнев застилал глаза, но она справилась с эмоциями, подошла, обняла своего спасителя, лица которого не было видно из-за плотно намотанной ткани.
— Мальчик, я думала, ты не вернешься!
Ирифи ревел над даиратом, засыпая песком улицы и тела. Ветер безумствовал, срывал костяные трещотки, бросал их на землю, ломая все, что мог сломать. Дул в черепа, выл в дверях и разбитых окнах, гремел полуразрушенными кровлями и хлопал дверьми.
Шерон, Бланка, Лавиани и Тэо сидели в башне мертвых, слушая, как буря, каких в Карифе не знали со времен Катаклизма, усиливается. Как ветер, знавший слишком многое, радуется, несется на запад, волоча за собой пыль, песок, мертвых, магию, собираясь сказать всем, кто способен и захочет его услышать, что эпоха, подарившая людям забвение, завершилась.
Москва.
Июнь 2014 — март 2019.
Приложение Эпохи
Первая эпоха — Эпоха Безвременья.
Вторая эпоха — Эпоха Рождения.
Третья эпоха — Эпоха Света.
Четвертая эпоха — Эпоха Процветания.
Пятая эпоха — Эпоха Забвения.
Названия месяцев
Месяц Ворона — первый месяц зимы.
Месяц Мантикоры — второй месяц зимы.