И такие сообщения теперь поступали в Рихтерберг отовсюду.

* * *

Оладьи Фреда были горячими, пышными и идеально румяными.

Мы с Октавией сидели за столом в одном из уцелевших кабинетов на военной базе Роланда. Здание почти не пострадало, если не считать лиан Вьюнки, которые опутали весь первый этаж и часть второго. Но на третьем было вполне уютно. Кто-то из гвардейцев нашёл кофемашину, Фред появился через пирамидку с продуктами, и теперь на столе стояли две чашки кофе и большая тарелка дымящихся оладий.

Октавия отломила кусочек, отправила в рот и на секунду прикрыла глаза.

— Знаешь, — сказала она, — я начинаю понимать, почему Ольга так любит стряпню Фреда. Он готовит лучше, чем большинство живых поваров, которых я встречала за свою жизнь.

На диване у стены спала Ольга. После боя в очаге, мы едва успели вернуться на базу, как она провалилась в испытание прямо на ходу, и мы с Прохором еле успели её подхватить. Уложили на диван, накрыли курткой кого-то из гвардейцев.

И вот четыре часа она лежала как будто бы без сознания, так что я уже даже начал беспокоиться и проверять её состояние каждые полчаса.

Всё-таки бывают случаи, когда маги не могут пройти испытание и в конце концов получают необратимые повреждения мозга и энергосистемы.

Но стоило Октавии произнести волшебное словосочетание «стряпня Фреда», как Ольга открыла глаза.

Мгновенно. Без каких-либо промежуточных стадий. Секунду назад она была в полном отрубе, и вот уже сидит, озирается и принюхивается.

Затем внучка встала, подошла к столу и молча взяла оладушек. Потом второй. Потом третий. Четвёртый она ела уже одновременно с пятым.

Октавия наблюдала за этим зрелищем с тем выражением, которое я видел у неё обычно при изучении редких артефактов.

— Да уж, — протянула она, — видно, испытание на мага вне категорий и впрямь отнимает много сил.

Ольга что-то ответила с набитым ртом. Я разобрал нечто похожее на «вффкуфно», но ручаться не стал.

В этот момент дверь кабинета открылась, и вошёл дед. Он окинул взглядом картину: Ольга, с надутыми от еды щеками, Октавия с планшетом, на котором мерцала карта Авалона, и я с кофе.

Дед вздохнул.

— И это наша надежда в борьбе с Тенями? — произнёс он с видом профессора, обнаружившего студента спящим на экзамене. — Наследница величайшей династии некромантов?

— Я бы на твоём месте с ней не шутил, — ответил я. — Не исключено, что следующим потомком, который тебя упокоит, станет именно она. Особенно если ты встанешь между ней и оладушками.

Дед поднял руки в жесте капитуляции.

— Сдаюсь. Против голодного мага вне категорий у старого лича нет шансов.