Я побежал на второй.

Когда я вошёл, девушки, заполнившие небольшую комнатушку, враждебно уставились на меня. Их тут оказалось немного, тринадцать человек. Совсем молодые: некоторым на вид и восемнадцати не было.

— Что происходит? — спросила одна из пленниц — высокая блондинка славянской внешности. — Ты кто ещё такой? Где чечены?

— Спокойно, всё хорошо, — я опустил автомат. — Все работорговцы, кто был на базе, убиты. Вы свободны.

— Все? — удивилась блондинка. — Как так? Кто их убил?

— Не имеет значения. Выходите и ступайте по домам. Вы хоть местные? Из Москвы? Есть куда идти?

Три девушки оказалось москвичками, остальные — приехали на заработки, некоторые даже жилья никакого не имели. Паспорта у них у всех, разумеется, отобрали. Держали их здесь меньше недели, так что про Веру они точно не смогли бы ничего сказать. Обещав, что вызову помощь, я отправился в будку охраны звонить Лаптеву. Капитан уж придумает что-нибудь. Наверняка, есть какие-нибудь связи.

Набрал домашний номер Лаптева. Долго никто не отвечал.

— Кто звонит? — раздался, наконец, в трубке заспанный мужской голос.

— Это Денис. Важное дело.

— Что случилось? — встрепенулся капитан. — Ты нашёл Веру?

— Я нашёл место, где держат рабов. Их тут человек пятьдесят. Не знаю, что с ними делать. В полицию обращаться не хочу. Почти все эмигранты. Если верить их словам, некоторых из них полиция же и продала.

— Так. Понял тебя, — серьёзно проговорил Лаптев. — Называй адрес и жди.

В ожидании капитана я решил занять позицию на четвёртом этаже для наблюдения за дорогой. Кто знает, не отправят ли по мою душу ещё одну группу? Но едва я вышел с поста охраны, как нос к носу столкнулся с юной пленницей. Это была хрупкая девушка со спутанной копной чёрных волос, тонким носом и тонкими поджатыми губами. Из-под прямых бровей она смотрела на меня взглядом загнанного зверька. Девушка была одета в джинсы и короткую модную курточку с декоративными молниями.

— Тебе чего? — спросил я.

— Мне некуда идти, — ответила девушка.

— Тогда подожди, когда приедет полиция. Я только что позвонил своему знакомому — он уже едет.

— Мне совсем некуда идти. У меня нет дома.

— А я чем помогу? Куплю что ли тебе дом?

Девушка закрыла лицо руками и разревелась. Я нахмурился: «Слёз тут ещё не хватало. Я что, всем и каждому помогать должен? И нечего на жалость давить». Однако сказал по-другому:

— Я тебя прекрасно понимаю: вас долго держали в неволе, ты много чего пережила, но теперь всё позади. Сейчас приедет полиция, и всё будет хорошо.

Девушка не прекращала рыдать.

— Да что с тобой? — эта истерика бередил мои и без того расшатанные нервы.