— Помнишь того мальчика, которого ты застрелил? — спросила женщина. — На промзоне, когда с боёв возвращался? Я тогда ещё полицейских велела дело замять. Ну? Головушку свою напрягай. Вспомнил?
— Этот-то каким боком?
— А таким, что Орловы то дело изъяли.
— На кой им?
— Господи, Вениамин, какой же ты порой тугодум! Тот парень «воскрес». Его две недели назад из больницы выписали.
— Это невозможно. Я знак нарисовал.
— Хреново, значит, нарисовал! Или у него есть способности, которые ты не учёл.
— Тот пацан умеет управлять демонами? — скептически поморщился Вениамин. — Бред! Ни один пятнадцатилетний сопляк на такое не способен. Это очень сложно.
— Сама знаю. Но почему тогда им Орловы заинтересовались? Надо за ним присмотреть.
— Ну отлично, присматривайте.
— Э нет, Веня. Заниматься данным вопросом будешь ты. Вели своим казакам наблюдать за мальчиком. Как только выяснять что-нибудь, доложишь мне.
— Может, его того? Грохнуть? Ещё раз.
— Я тебе дам грохнуть. Проследишь и сообщишь мне, уяснил? Дальше я сама решу, что делать.
— Ну ладно, хорошо, — закивал Вениамин, — а что с Орловыми?
— Не волнуйся, — на губах женщины мелькнула еле заметная злорадная усмешка. — Они своё скоро получат.
Глава 3
Биты и трубы грохотали о ворота мастерской. От погромщиков нас отделял тонкий слой железа, который, казалось, вот-вот сдастся под напором толпы. Мы — в ловушке. Выхода нет. Улица полнилась чернопетличникам, явившимися, чтобы громить и убивать.
— Открывай, узкоглазый, — кричал кто-то по ту сторону. — Ты у нас попляшешь!
— Грёбаные китаёзы! — орал другой. — Всех вас порежем!
Мы с Александром Васильевичем стояли и ждали, что будет. С улицы доносились визг и вопли. Неподалёку прогрохотала серия торопливых выстрелов — у кого-то из погромщиков оказался огнестрел. Уверенные в своей безнаказанности, они плевали на полицию и законы. Сегодня «чёрные петлицы» устанавливали здесь свой кровавый порядок, сегодня они были хозяевами улиц, и всё, что оставалось делать обитателям этого ещё недавно такого спокойного райончика — бежать, прятаться и молиться своим богам.
Вряд ли погромщики смогли бы выломать железные рольставни, но в мастерскую из коридора вела хлипкая дверь, а в коридор враг мог запросто проникнуть через главный вход.
— Что делать будем? — спросил я.
— Иди наверх, в мою квартиру, запрись и сиди там, — сказал старый таец совершенно спокойным тоном, будто объяснял, как пройти в библиотеку. — А я буду защищать мастерскую.
— Полицию надо вызвать.
— Вызывали утром. Не приехали. И не приедут. Иди наверх скорее, — старый таец кивнул в сторону пока ещё свободного коридора.