Машину и водителя мы оставили на стоянке рядом с клиникой, а сами отправились в городок. Гостиница находилась в трёх кварталах отсюда — даже ближе, чем от ворот. План был следующий: мы с капитаном незаметно проберёмся в гостиницу и я приготовлю всё необходимое. В это время отряд гвардейцев будет ждать снаружи. Если удастся провернуть дело по-тихому, они нам не понадобятся, а вот если что-то пойдёт не по плану и потребуется помощь, гвардейцы ворвутся в гостиницу и поддержат нас огнём. Разумеется, это только в крайнем случае, поскольку никто поднимать шум не хотел.

Миновав спа-центр, мы оказались в парке. Парк был хорошо освещён, как и улицы. Электричество тут не экономили. Близилась полночь. Местные жители уже сидели по домам, а коммунальщики ещё не выползли на ночные работы — идеально время для тайных операций.

Капитан держал в руке рацию, я — тяжёленький чемодан, где ждали своего часа пистолет пулемёт и укороченная штурмовая винтовка. Лазарев то и дело связывался с лейтенантом, который вместе с остальными бойцами уже должен был подъехать к главным воротам. Куликовский уже договорился с охраной, чтобы та пропустила ночных гостей.

Мы миновали парк, до гостиницы оставалось совсем недалеко.

— Ферзь, это Ладья один, — заголосил динамик рации. — У ворот военные. Каковы будут указания?

Ферзём звали капитана, позывной «Ладья один» был у лейтенанта, а Света носила позывной Слон.

— В каком количестве? — спросил Лазарев. — Где вы?

— Вижу четырёх человек. Мы стоим на дороге. Жду команды.

— Хорошо. Мы уже почти на месте. Ожидайте.

Военные у ворот — это плохо. Они почему-то решили выставить дополнительную охрану. Неужели перестрелка на заброшенной промзоне так взволновала местное командование? Знают ли Куракины об инциденте? Так или иначе, наши планы стремительно шли коту под хвост. Очередная разборка с военными никак не сыграет нам на руку. Но сейчас было поздно отменять операцию. Оставалось только прорываться с боем.

Капитан связался со Светой, но в гостинице всё было без изменений, и это обнадёживало.

Вдруг ночную тишину нарушил сухой пронзительный треск, донёсшийся со стороны главных ворот.

— Ладья один, что происходит? — спросил капитан.

— Контакт. Они атаковали нас, веду бой, — ответил лейтенант сквозь беспорядочный стрекот автоматных очередей.

— Сколько их?

— Человек десять… Не знаю. У них броня. Один броневик вижу.

Перекрывая сухое тарахтение автоматов, гулко заколотил крупнокалиберный пулемёт.

— Держись, — сказал капитан. — Мы уже близки к цели. Отвлекайте их.

— Говорит Слон, говорит Слон, как слышно? — раздался голос Светы. — Объект покидает здание.