Глава 3
Дороги в «ближние» районы были частично перекрыты. На моём пути нарисовались броневик и две полицейские машины, перегородившие улицу недалеко от станции «Техническое училище». Вооружённые пистолетами-пулемётами сотрудники в тёмно-синей форме, проверяли документы у всех въезжающих. На другой дороге, ведущей в центр, я обнаружил такую же картину. Видимо, в связи с беспорядками, власти решили огородить «ближние» районы от нежелательных элементов.
И их можно было понять. В Москве творилось чёрт знает что. Если на севере, где обосновались военные, установился какой-никакой порядок, то за пределами занятых ими районов, на улицы даже выходить было опасно. Пока я ехал, раза два слышал стрельбу, видел один раз, как на тротуаре кого-то бьют, в Сокольниках среди бела дня грабили магазины. Многие из них были закрыты, но мародёрам это не мешало: они вскрывали рольставни и двери и тащили всё, что под руку подвернётся. Полиции нигде не наблюдалось. И когда я добрался до «ближних» районов, понял почему: всех полицейских бросили на защиту «лучшей» части Москвы, оставив окраины, трущобы и бедноту, обитающую там, разбираться самим со своими проблемами. Но на окраинах и в мирное время закон был не в почёте, а теперь и вообще творился полный бардак.
Зная, что на мотоцикле меня тормознут, я припарковал своего ржавого железного коня на одной из боковых улиц рядом с крыльцом какого-то крупного банка, а сам отправился к дому Степана.
Сотрудники полиции не обратили на меня ни малейшего внимания. Они изучали документы трёх выходцев из Средней Азии. Да и народу тут ходило много, за всеми не уследишь.
И всё же, чувствовал я себя тут неспокойно. На улицах было полно полиции, а недалеко от дома Степана, я увидел чёрный броневик с эмблемой казачьего войска, притаившийся между деревьев. Рядом стояли два бравых молодца в фуражках, в галифе, с шашкам на боку. Значит, не только полицию власти призвали охранять подступы к «гадюшнику».
Степана дома не оказалось, как и его семьи. Меня даже во двор не пустили. Охранник на проходной спросил, к кому иду, позвонил в квартиру Степана, но ему никто не ответил ни с первой, ни со второй попытки. Охранник только руками развёл:
— Нет никого. Не отвечают.
Это было странно. Степана, конечно, мог задержаться на работе, но куда делись его жена и мой брат? Неужто, им дома не сидится в столь опасное время? В общем, решил ждать. А пока ждал, бродил вдоль забора, за которым виднелись скверик со скамейками и детская площадка, где резвилась детвора. Удивительно мирная и беззаботная жизнь текла тут, пока в других частях Москвы стреляли, грабили и убивали.