— Давай на «ты», — предложила она. — К чему этот официоз?

Она прошла в зал. На журнальном столике рядом с диваном лежали несколько книг. На досуге я покопался в книжном шкафу и нашёл литературу, которая мне показалась полезной для ознакомления с местным мироустройством.

— Читаешь? — спросила Екатерина. — Тяга к знаниям — весьма похвальное качество, — она уселась в кресло, закинув ногу на ногу. — Но порой надо и отдых себе давать. Нравятся тебе твои новые апартаменты?

Я сел на диван:

— Нравятся. Спасибо за гостеприимство.

— Пустяки, — рассмеялась Екатерина. — Считай, знак нашего расположения.

Она поднялась, достала из застеклённого шкафа с хрусталём два бокала и налила вино себе и мне. Я немного отпил для приличия и поставил бокал на стол.

— Мне кажется, ты какой-то напряжённый, — заметила Екатерина. — Расслабься. Знаю, ты первый раз оказался среди аристократов. Но не звери же мы, в самом деле? — она улыбнулась, но теперь, как мне показалось, гораздо искреннее, чем раньше.

— Просто немного непривычно здесь, — ответил я. — Я вырос в другом… мире. Там всё гораздо проще.

— Привыкнешь. Твоё место здесь. Ты — потомок старинного рода. Рано или поздно тебе придётся принять сей факт, — Екатерина снова улыбнулась. — Я знаю, сейчас ты чувствуешь неприязнь к аристократам, и прекрасно тебя понимаю: после того, что с тобой сделал Вениамин Куракин, такие эмоции естественны. Но теперь у тебя здесь есть друзья. И мне кажется, мы достойны другого отношения, не так ли?

Я задумался. Разумеется, мой ответ был бы: «нет». В моих глазах они ничем не отличались. Вениамин использовал людей для удовлетворения своих прихотей, эти — тоже. Так какая разница?

— Но ведь он работал на вас? Ты сама сказала, что вы были заодно, — напомнил я.

— К тем вещам, которые Вениамин Куракин творил вместе с бандой своих наёмников, ни я, ни кто-либо из Вахрамеевых отношения не имеют. Даже его семья не одобряет многие его поступки.

— Но и не запрещает.

— Он — взрослый человек, — пожала плечами Екатерина.

— А значит, ему можно убивать и насиловать? Закон на него не распространяется? Если и его семья, и вы знаете о том, что он делает, почему Вениамин до сих пор не понёс наказания? Почему он на свободе?

— А ты хочешь посадить его за решётку?

— Я хочу, чтоб он ответил за свои деяния.

— Вот, значит, почему ты нас всех так ненавидишь? — свернула с темы Екатерина. — Ты считаешь, что все мы — такие же, как Вениамин Куракин?

— Сказать, что я считаю? — я выдержал паузу, глядя в глаза княгине. — В каждом человеке под всей этой шелухой из обычаев, правил, норм, которые требует соблюдать общество, живёт зверь — дикое животное, которое только и мечтает сбросить благолепную маску и вырваться на свободу. Но знаешь, что случится, если дать ему волю? Это животное будет убивать, насиловать, уничтожать, удовлетворяя свою похоть, жажду наживы и крови. Ваша сила ничем не ограничена, неограниченная сила ведёт к вседозволенности, а вседозволенность выпускает наружу зверя.