— Григорий, — вывел меня из моих мыслей голос Романа Алексеевича. — А почему ваши солдаты тут в таком малом количестве?

— Они поедёт другим поездом, — возвращался из своих дум в реальность. — Тут слишком много ваших друзей Роман Алексеевич. Для нашего с вами успеха, лучше пока держать многое в секрете.

Роман понимающе кивнул, вспоминая всё то, что увидел на военном полигоне, который организовал Оражен.

Поезд издал протяжный свист, говоря всем присутствующим на перроне людям, что через пять минут он отправится в путь, и пора бы занять свои места.

Александра под свист паровоза, подошла к отцу и обняла его, а я, делая шаг в сторону, хотел было пойти к поезду, как услышал голос Александры Романовной:

— Григорий Александрович, — отстранилась девушка от отца, стараясь не смотреть при этом мне в глаза. — Могу я задержать вас буквально на минуту.

Я посмотрел в сторону Романиных и заметил, как Роман Алексеевич хотел было улыбнуться, но словно вовремя остановил себя, после чего поцеловал дочь в щёку и пошёл к поезду в сопровождении нескольких охранников, которые держались чуть в стороне.

— Григорий. Буду ждать вас в купе. — Произнёс князь, и вместе с несколькими солдатами шагнул в людской поток, что устремился к дверям поезда.

Я же сделал пару шагов к Александре, которая стояла неподвижно, так и смотря на меня прямым взглядом, слегка теребя рукой ткань своего платья.

— Александра Романовна, — встал я перед девушкой, чувствуя странное напряжение и неловкость, как в воздухе, так и в нутрии себя. — Я весь во внимании.

Княжна имперской крови быстро прикусила губу, и сильнее сжала складку платья пальцами, что явно говорило мне, что княжна нервничала и словно собиралась с духом, при этом что-то решая для себя.

— Я, — Александра подняла на меня впервые с того злополучного позднего вечера взгляд и посмотрела мне в глаза. — Я не хочу, и ни буду верить тому, что про тебя наговорила Елена Полозова. Да и не про нёё я хочу сейчас говорить. — Протянула девушка, прокручивая у себя в голове давний разговор с отцом, после того, как Григорий предложил им помощь. — Может другого случая и не будет. Хочу просто, чтобы вы знали Григорий. Если вас тяготит и отвращает суть высшего света. То я не желаю быть его частью. Если это позволит мне….

Пронзительный долгий свист паровозного свистка огласил перрон, пуская обратный отсчёт последних секунд до отправления, и поглотил последние слова Александры Романовной, которая робко и мимолётно коснулась моей кисти, после чего отстранилась, кинув взгляд полный чувства разлуки и смущения.