Примечания
[1] Микстура — общее наименование огнестрельного оружия на воровском жаргоне.
[2] Храп — преступник, отнимающий у подельника что-либо силой, нахрапом.
Глава 9
«А вот и детки, мать их, пожаловали!»
— Думал, сбежишь, мелкий негодник? — старушечьим голосом произнёс один из верзил, погрозив Лори пальцем. — Зря ты так, молодой человек, очень зря. А я ведь на чай хотела тебя пригласить.
Краем глаза следя за Сивым и Давило, Лори отвесил «деткам» шутовской поклон и с наигранным сожалением произнёс:
— Звыняйте, милсдарыня! Я как-то не привык гонять чаи в сомнительной компании. Да и на старушек меня, уж простите, не тянет пока.
— Каков нахал! — возмутился детина и задребезжал старческим смехом.
Лори хоть и не впервой было слышать, как Мать говорит через своих «деток», все ещё воспринимал это, как не пойми что. С одной стороны, было дико смешно, с другой, оторопь брала, как дебелый мужик вещает голосом старой перечницы. Та ещё дичь!
— Не надейся, что вчерашний трюк твоего покровителя сработает дважды, — отсмеявшись, произнёс детина и тут же скомандовал: — Мальчики, везите этого дерзкого юнца ко мне, да поживее!
Лори не стал ждать, пока храпы и «детки» возьмут его в кольцо. Рванул влево, к груде пустых ящиков, надеясь прорваться к щели между заборами. Но не успел сделать и трёх шагов, как дорогу заступил Давило.
«Как он успел, гад⁈»
Секундное замешательство сыграло против него. Медвежьи лапищи упёрлись Лори в грудь и отбросили назад. Прилетел он прямо в объятия Сивого, который тут же выкрутил руку, отобрал нож и приставил его к горлу Лори.
— А теперь повтори, что ты там блеял, сука, — зашипел ему в ухо Сивый.
— Кукарекай громче, — прохрипел Лори, — ни шиша не слышу.
— Эй, черноглазый, — обратился Сивый к говорившему детине. — Мать не сильно опечалится, если я отрежу мелкому язык?
Детина тупо глазел перед собой и не реагировал на вопрос храпа.
— Я так понимаю, молчание — знак согласия, — осклабился Сивый.
— Сивый! — пробасил Давило, предупреждая подельника против опрометчивых действий.
Окрик Давило на миг отвлёк Сивого. Лори ощутил, как упёршийся в горло нож едва дрогнул, и тут же лягнул храпа в голень. Сивый взвыл, ослабил хватку, и Лори, извернувшись ужом, врезал ему локтем в солнечное сплетение. Сивый выронил нож и сложился пополам, хватая ртом воздух. Лори нагнулся было поднять оружие, но «детки» уже подскочили к нему. От их пустых чёрных глаз веяло такой могильной стылостью, что у Лори аж зубы заломило.
— Дерзкий, — одобрительно прошамкал аватар Матери и облизнулся. — Люблю дерзких. У них самое сладкое мясцо.