Виктор ожидаемо не ответил. Он стоял шагах в десяти от Лори, подняв фонарь высоко над головой. Свет выхватывал из темноты нечто громадное, величественное и совершенно чужое. Лори поравнялся с Виктором и аж присвистнул от удивления.

Перед ними возвышалась исполинская арка. Лори никогда не видел ничего подобного. Арка уходила вверх, теряясь во мраке, и, казалось, сама тьма служила ей завершением. Чёрный камень, из которого её возвели, отражал слабый свет фонаря тысячами крошечных искр, вкраплённых в толщу породы.

По бокам арки возвышались стражи. Лори поначалу принял их за живых Древних и едва не впал в ступор. Но вгляделся, и понял, что это всего лишь статуи, хоть и выполнены весьма искусно.

Левый страж отдалённо напоминал человека, только в несколько раз крупнее и с неправильными пропорциями: чересчур длинные руки, больше суставов на пальцах, сложенных в молитвенном жесте. Вытянутой формы голова, лишённая волосяного покрова, с огромными раскосыми глазами без зрачков. Из приоткрытого рта, как почудилось Лори, до сих пор тянется беззвучный крик, застывший в камне тысячелетия назад.

Правый страж на человека не походил совершенно. Крупное приземистое существо с короткими мощными лапами и телом, покрытым то ли чешуёй, то ли каменными пластинами. На плоской морде аж целых три глаза, расположенные треугольником вершиной вниз. Два верхних смотрели прямо перед собой, третий, нижний, был закрыт. Лори поймал себя на том, что ни за какие коврижки не согласился бы заглянуть в этот третий глаз.

— Они и правда были такие здоровые? — спросил Лори, чтобы прервать неуютное молчание. — Или у скульптора стручок мелкий, вот он и разошёлся?

— По моим прикидкам статуи выполнены в пропорции один к одному.

— А ты что, видел Древних вживую? — поддел Лори. — По тебе не скажешь, что ты дряхлый пень.

Виктор не отреагировал на издёвку, подошёл ближе к арке и поднял фонарь, осветив верхнюю часть. Каменная плита перемычки была испещрена незнакомыми знаками. Они вились причудливыми рядами, переплетались, накладывались друг на друга, создавая многоуровневую сеть. От пристального разглядывания символов у Лори начала трещать голова. Но прежде, чем отвести взгляд, он выхватил из вереницы символов знакомые формы. Глаз с зигзагообразными линиями внутри. Тот же самый, что красовался на бронзовой морде чудовища на двери склепа.

— И тут это паскудное буркало, — Лори ткнул пальцем в сторону изображения глаза. — Аж мороз по спине, когда гляжу в него.

Виктор кивнул, продолжая изучать надписи.

— Ты сечёшь в этих завитушках? — не отставал Лори. — Или так, для виду глазеешь с умным лицом?